– Косовары заигрались, – просто ответил руководитель спецотдела – И мы вместе с ними. Боюсь, что остановить их дальнейшее распространение по региону будет непросто. Уже возникли проблемы с беженцами.
– Какие именно проблемы?
– Из временных лагерей в Македонии албанцы разбежались по родственникам из приграничных сел. Многие из которых напрямую связаны с УЧК. Пошли разговоры о том, что север Македонии должен в результате принадлежать Албании. Мол, восстановление исторической справедливости…
– Думаю, это ненужные страхи, – отмахнулась Госсекретарь. – Когда мы освободим Косово, албанцы угомонятся.
– У аналитиков иной прогноз.
– Какой же? – ухмыльнулась Олбрайт.
– Через полтора-два года история повторится. Только тогда албанские боевики начнут нажимать на Македонию. Для косоваров сербы и македонцы – суть единый народ. Враги. И никаких сдерживающих факторов там нет, – руководитель спецотдела печально втянул голову в плечи. – В Македонии каждый третий – албанец. Соответственно, по их логике, земля должна принадлежать им. Македония богаче Косова и несравненно богаче Албании, так что исход вполне понятен…
– Мы поставим свои условия, – Госсекретарь поджала губы.
– Кому? – съязвил профессиональный разведчик, с презрением относящийся к познаниям Мадлен в области межнациональных отношений.
– Хашиму Тачи и Ибрагиму Ругове.
– Про Ругову я бы посоветовал просто забыть.
– С чего это вдруг?
– Ибрагим из дома выйти боится, не то, что участвовать в каких-то переговорах. Несколько полевых командиров из УЧК объявили, что убьют Ругову, если тот появится на контролируемой ими территории.
– Мы можем дать ему охрану, – отрезала Олбрайт.
– Тогда убьют и охрану, – спокойно отреагировал руководитель спецотдела.
– Это будут американцы! – Госсекретарь повысила голос.
– Боевикам без разницы, американцы или сербы. Недавно британцы с этим уже столкнулись…
– Вы имеете в виду конфликт между патрулем СЛС [Специальная Летная Служба – спецназ вооруженных сил Соединенного Королевства] и отрядом Тачи.
– Да.
– Это было недоразумение… Руководитель спецотдела промолчал.
Спорить с уверенной в своей правоте Госсекретарем было себе дороже. И совершенно бессмысленно, когда речь заходила о косовских боевиках, коих Мадлен Олбрайт считала благородными борцами за свободу собственного народа, не обращая внимания ни на грабежи, совершаемые на «освобожденных» территориях, ни на похищения и убийства мирных жителей, ни на развернутую верхушкой УЧК наркоторговлю.
– Подготовьте письмо на имя Тачи и закроем этот вопрос, – приказала мадам.