Напряженная до неестественности Фрося, боязливо покосясь на Бирюкова, сухо обронила:
- Хватит, а то захвораешь. И так уже напоминался.
- Не жмись, лапонька. Расплачусь, как на работу выйду. - Овчинников круто развернулся к проходившей мимо официантке. - Галина Борисовна!.. Задержись на минутку, рыбонька...
Едва официантка приняла заказ, смолкнувший было оркестр грянул лихую танцевальную мелодию. Тотчас к эстраде потянулись оживленные парочки, а между столами в поисках партнерш засновали оказавшиеся в одиночестве парни. Один из них, с черной полоской наметившихся усиков, робко подошел к Маковкиной. Та, не зная, как поступить, взглянула на Антона. Овчинников, перехватив ее взгляд, начал было приподниматься, чтобы взять парня за воротник, словно нашкодившего котенка, но Антон опередил его:
- Потанцуй, Наташа, пока ужин принесут.
Овчинников недоуменно повернулся к Бирюкову:
- Жена, шеф?
- Невеста, - ответил Бирюков.
- Чего ж отпускаешь с кем попало?
Буквально через несколько секунд, видимо вдохновленный успехом приятеля, другой молоденький танцор смущенно раскланялся перед Звонковой. Окончательно сбитый с толку Овчинников пораженно уставился на него:
- Привет, сынок! Вас там еще много, безлошадных?
- Пусть танцуют, - великодушно сказал Антон.
- Чего?.. - вроде недослышав, переспросил Овчинников, однако, встретившись взглядом с Антоном, вероятно, сообразил, что тот хочет остаться с ним наедине, и недовольно буркнул Фросе:
- Иди, лапонька, сбацай.
Звонкова торопливо встала. Едва она и окрыленный начинающий танцор удалились от стола, Бирюков обратился к Овчинникову:
- Анатолий Николаевич, где Зарванцев?
Овчинников дернул плечами:
- Сам со вчерашнего дня его потерял. Договорились на "Запорожце" к Обскому морю съездить в шесть вечера. К этому времени пришел к нему домой, но Алика и след уже простыл.
- Где он может рыбачить?
- Чего?.. Из Алика рыбак, как из меня балерина.
- Куда, если не на рыбалку, Зарванцев мог уехать?
- Убей - не знаю. Из-за него сегодня как чокнутый придурок на Санины похороны приперся. Думаю, чем дома сиднем сидеть, схожу к Деменскому, по-товарищески морально поддержку Юрика. А Юрик на меня как на парализованную тещу смотрит. После похорон даже на поминки не пригласил. Пришлось Фросю вот сюда уговаривать. Стыдно сказать, шеф, за Фросин счет выпиваю. После прошлого разговора с тобой клятву сам себе дал: кончить с выпивкой! Целые сутки продержался, а сегодня... - Овчинников повертел в толстых пальцах пустую рюмку, - сегодня стал на кладбище гроб заколачивать, а Санин мальчишка - в истерику. Уцепился за молоток, дрожит мелкой дрожью... Думаю, отдать - пацан в беспамятстве меня же и шарахнет, не отдать - будто мне больше всех надо, чтоб Саню поскорее зарыть...