Прислушался, держа пистолет стволом вверх. В коридоре тишина. Откуда-то издалека доносятся возбужденные, громкие голоса. Тот, кому прилетело первому, лежит смирнехонько и уже, надо полагать, потихоньку остывает, как и положено субъекту, чьи носовые кости после профессионально отточенного удара сломались и ушли в мозг. Неподалеку распростерся Кацуба – этот, похоже, собирается оживать, уже нога дернулась, послышался стон...
Действовать нужно быстро, пока не нагрянула какая-нибудь морда с проверкой или просто поглазеть на пленных «дипломатов», – не будем валять ваньку перед самим собой, они должны были знать, кого взяли, это заранее спланировано...
Он снял у трупа с пояса металлические ножны с мачете, нацепил на себя – пригодится. Кацуба не дитя, оживет вполне самостоятельно... А вот бородатый уже оживает, и гораздо активнее подполковника...
Толчком ноги Мазур перевернул мнимого носильщика на спину, рванул лямки, обрывая пуговицы, в два счета спустил портки до щиколоток, краем глаза все время держа дверь в поле зрения, положив рядом пистолет. Когда бородатый очнулся окончательно, узрел картину, способную привести в уныние и более крутого человека: Мазур брезгливо, двумя пальцами держал его мужское достоинство за крайнюю периферию, а широкое лезвие мачете уже располагалось так, что достаточно одного быстрого движения – и получайте готовенького евнуха...
– Тихо, сука! – шепотом приказал Мазур. – По-английски понимаешь?
Тот кивнул, боясь сделать даже намек на резкое движение.
– Говорить тихонечко, – распорядился Мазур. – Ни слова лишнего. Заорешь – снесу под корень... Ясно?
Бородатый отчаянно заморгал.
– А лучше всего – кивай, – распорядился Мазур. – «Капак Юпанки»? (Кивок.) Засаду устроили? (Кивок.) На нас конкретно? (Кивок.) И сколько вас всего? Одним словом отвечай!
Судя по закатившимся глазам, бородатый отчаянно пытался сосчитать подельников, от волнения забыв точное число.
– Ч-четырнадцать...
«Скверновато, – подумал Мазур. – Осталось ровно дюжина, но все равно...»
– Дислокация? Не притворяйся, сука, будто таких слов не понимаешь!
– Трое были в грузовике... с пулеметом... на случай, если этот бурро передумает, испугается, пойдет на взлет... один в джипе... остальные на втором этаже...
Восемь. Не легче. Бородатый издал хрюкающий звук – Мазур чуть ослабил внимание, и широкое лезвие коснулось кожи. Чуть отведя острую кромку от рабочей поверхности, Мазур оглянулся на Кацубу, поторопил:
– Шевелись, мать твою, разлегся... Не в филармонии.
Кацуба, упираясь руками в грязный пол, мотая головой, пытался в темпе оклематься. В общем, получалось.