— Расскажите мне о вашем отце, -попросила Фил. Ее очень интересовала жизнь Брэда.-Похоже, у него был очень живой характер.
Он засмеялся.
— Да. Джек Кейн был крутым мужиком. Сильно пил. Он никого не считал своим настоящим другом, потому что никому не доверял. Но женщины им восхищались. Он был высок, спортивен, красив. Ездил верхом лучше любого ковбоя. Когда я был ребенком я смотрел на него, и мне казалось, что, летя на лошади, он составляет с животным одно целое. Он жил ради Канон.
— А ваша мать?
Глаза Брэда стали жесткими.
— Моя мать была избалованной и своенравной женщиной. Но необыкновенно красивой. Это была та прелесть, что ударяет в сердце мужчины, словно отравленный дротик. Мой отец не переносил, когда другие мужчины осмеливались взглянуть на нее. И в то же время изменял ей.
— Она знала об этом?
— Думаю, да, — ответил он, мрачно глядя на свой бокал. Одним глотком он допил вино. Затем, словно сообразив, что рассказал слишком много, он легко добавил:-Я не должен забывать, что беседую с психиатром.
Он жизнерадостно улыбнулся, и эта очередная перемена настроения озадачила Фил.
— Через секунду вы уложите меня на свою кушетку, и я узнаю, что во мне полно комплексов и фобий, о которых я даже не подозревал.
Усталость медленно ползла по позвоночнику Фил. Руки и ноги внезапно отяжелели, глаза стали слипаться. Зевнув, она извинилась, а он быстро сказал, что сам во всем виноват, и они оба. утомлены перелетом.
Садясь на мягкое кожаное сиденье его черного «феррари». Фил сонно подумала: «Что же еще, кроме „феррари", может быть у такого человека?»
Возле отеля он остановил машину и взглянул на Фил:
— Не могу припомнить, когда мне в последний раз было так хорошо, -тихо сказал он.-Спасибо, доктор Фил.
Представляя, как его губы коснутся ее губ, она посмотрела ему в глаза.
— Мы должны повторить это, -он поцеловал ее руку. — Можно я позвоню вам?
— Я занята на конференции, -с сожалением сказала Фил.-И во вторник я улетаю на Ривьеру.
— Запомню, -произнес он. Она помахала ему вслед.
Следующим вечером, когда она вернулась с конференции, в номере отеля ее ждало множество белых тюльпанов и фрезий, к которым прилагалась записка от него:
«Поужинаем сегодня? Пожалуйста, скажите „да“.
Недолго думая. Фил отменила деловую встречу и позвонила ему.
— Я поведу вас в один из самых хороших и старых ресторанов Парижа, -пообещал он.
Фил очень долго размышляла, что ей надеть, и наконец остановила свой выбор на очень женственном коротком кружевном черном платье. С улыбкой вспомнив разговор с Махони о красном, она воткнула в волосы красную розу и надела серьги с бриллиантами и рубинами. Взглянув на себя в зеркало, она увидела другую женщину, нежную и живую. «Сексуальную женщину, -Фил признала это со вздохом, -не имеющую ничего общего с усталостью или отчаянием». Это была женщина, которую она долго прятала в себе.