– Хорошо, хорошо. Я все уже понял, – отбивался от него Лис, стараясь при этом уклониться от хлещущих по лицу ветвей.
Фон Меренштайн лежал на небольшой полянке недалеко от берега. Заботливый возница потрудился снять с него помятый шлем и подложить под голову пук свежей травы. Запекшаяся кровь покрывала половину его лица и багровой лужицей растекалась вокруг, его головы.
– Ну-ка быстро, – скомандовал Лис. – Вы, четверо, возьмите пару жердей и сделайте носилки. А вы прорубайте тропу обратно. Иначе мы убьем его, пока донесем. А ты что стоишь? – накинулся он на возницу. – Иди помогай торить тропу. Или ты ночевать здесь собрался? А ну бегом!
Бедолага опрометью метнулся туда, где латники в поте лица своего прокладывали новую дорогу.
Рейнар оглядел раненого рыцаря и покачал головой.
– Этот долго не протянет. Да, кстати! – Он отстегнул ножны со стилетом, болтавшиеся на поясе Меренштайна – Чужие вещи брать нехорошо. Капитан, ты там еще не заснул? Передай маркизе, что ее ножичек в целости и сохранности. Я его на досуге полирну, будет как новенький.
... – Лис, ты знаешь, этот возница нам очень на руку. У меня есть план!
– Как, опять план?! Капитан, ты бы пошел поспал. Сколько планов можно на один день?
– Успокойся, на этот раз сцена не твоя.
– Да? А чья же?
– Действующие лица и исполнители: наш гостеприимный хозяин – барон Шамберг. Прекрасная маркиза. Возница опять же.
– И что – маркиза уже согласна?
– Да, хотя она об этом еще не знает.
Но, как бы то ни было, время брало свое, и мой организм возмущенно требовал отдыха, угрожая в противном случае выйти из повиновения. Пройдя в отведенные мне покои, я с наслаждением рухнул на обширное ложе, застеленное медвежьими шкурами, и уже через пять минут врата иной реальности захлопнулись за мной.
На протяжении трех часов, стоически укорачиваясь от солнечных лучей, пробивавшихся сквозь оконный переплет, я предавался радостям жизни, созерцая цветные сны и давя ненасытных кровососов.
Разбудил меня тяжелый грохот, раздававшийся во двора замка. Я открыл глаза. Судя по всему, было уже часа два пополудни, и самое время быстро вставать. Грохот повторился... «Неужели нас уже штурмуют? – мелькнула мысль в моей полупроснувшейся голове. – Вот было бы забавно». Я рывком встал и начал разминать затекшее тело.
– Что там у вас происходит? – осведомился я у Эдвара, заглянувшего в комнату на шум моего подъема.
– А, это барон развлекается. Камни бросает. Я подошел к окну. Во дворе замка была свалена груда каменных глыб, попадание любой из которых во всадника грозило навеки впрессовать его в спину коня.