– А, на карточку смотрите? Это она – Тамара и есть, – появилась в дверях хозяйка.
Она несла пузатый чайник, две кружки, а подбородком придерживала пакет с печеньем. – Садитесь, чай будем пить да говорить.
– Спасибо, – уселась Гутя за круглый стол и сразу приступила к беседе: – А откуда вы знаете эту семью?
– Ой, да как не знать! Я ж ить их сама семьей и сделала! – с удовольствием начала рассказывать хозяйка. – Я…
Гутя вспомнила, как в кинофильмах проводят допросы хорошие милиционеры, улыбнулась и положила свою ладонь на горячую руку молодой женщины.
– Давайте сначала познакомимся. Как ваши имя, фамилия, где работаете?
Хозяйка квартиры от серьезности момента крякнула, поправила живот и старательно проговорила:
– Я теперь, стало быть, Павлова. Зовут меня Настя, а по отчеству не хочу. Отец меня шибко ругал, когда я в город убежала, так что я лучше без отчества.
– Хорошо, Настя, расскажите, как вы познакомились с семьей Тамары? Как ее фамилия, кстати?
– Ну так… тоже Павлова! – вытаращила круглые глаза Настя. – Нет, кода мы познакомились, она еще Кошкина была, а я Петрищева. Это уж потом, кода мы с Митькой расписались, стали Павловы. Это он потому что Павлов.
– Стоп! Давайте по порядку, не спеша, с подробностями… начинайте.
Настя торжественно качнула головой и припала к своей кружке. Она пила долго, не торопясь, смакуя, кусала печенье и нахваливала заварку. Гутя с удивлением смотрела, как девушка начисто забыла о своей гостье. Она уже хотела поторопить рассказчицу, но та, отодвинув кружку, попыхтев, начала сама:
– Это ж я первая Митьку знала. Ага. Мы с им вместе в Бобовке жили, это у нас райцентр такой, не слыхали? Ну так вот. Жили вместе. Он мне завсегда нравился, еще кода мне лет семь было, я как на его глянула, так мамке и сказала – мой жених. Отец тода меня еще ремнем по заду отходил да книжек купил, чтоб я, значит, училась лучше. А какая там учеба? Тройки одни. Не, а за Митькой тода у нас полдеревни бегало. И девки все таки видны, ага! А я чего – рыжая, да и все, – горько вздохнула Настя. – Где мне его увести было, никакого счастью не намечалось.
– Ну и чего, что рыжая? – вскинула брови Гутя. – Фи! У меня дочка тоже рыжая, так она себе такого принца урвала – Фома Неверов, врач, красавец! Сейчас в загранице отдыхают.
– Вы меня будете слушать иль про себя рассказывать? – насупилась девушка, подперла голову рукой и снова ударилась в воспоминания: – Так бы я померла несчастной, а тут мне свезло – бабка Митькина скончалась. Она здесь проживала, в городе, ну и дом этот…
– Квартиру?