Гуров всерьез надеялся, что дальнейший этап поисков они с майором разделят поровну, разумеется, уже с привлечением людских ресурсов и технических средств. Крячко относился к этой идее скептически и советовал Гурову на майора не полагаться.
– Ты со своей интуицией! – убеждал он. – Неужели ты не видишь, с кем имеешь дело? Да все эти мордовороты и сутенеры и ведут себя здесь так нагло, потому что чувствуют за спиной мощную поддержку! Разбери любой случай, который здесь с нами произошел, и в любом торчат уши майора Загоруйко!
– Я с тобой не спорю, – ответил на это Гуров. – Но есть объективные факторы, игнорировать которые – значит рыть себе могилу. Загоруйко не самоубийца. Он будет вынужден с нами сотрудничать, когда поймет, что козыри у нас.
Однако на деле очень скоро выяснилось, что Гуров переоценил свое преимущество. Майор Загоруйко вовсе не считал, что должен отныне плясать под дудку настырных чужаков. Он согласился встретиться с Гуровым, но все его предложения отмел сразу и решительно.
– Вы полагаете, что я должен бросить все неотложные дела, поднять на ноги все службы и нанести удар по инвестиционной привлекательности нашего города только по той причине, что вам повезло выудить из воды какую-то мокрую шапку? – уничтожающе провозгласил он. – Даже не надейтесь! Вы, конечно, человек сухопутный, вам простительно, но мы тут знаем, какие сюрпризы подчас подбрасывает море. Подумаешь, кепка! С чего вы взяли, что это кепка пропавшего Тищенко?
– Ее опознал человек, хорошо Тищенко знавший, – заявил Гуров. – Уверен, что и жена Тищенко тоже ее опознает.
– А я не уверен! – парировал Загоруйко. – А даже если и опознает – что с того? Кепка могла упасть с головы, ее могло сдуть ветром… И вообще, где доказательства гибели Тищенко? У нас нет даже заявления о его пропаже. Завтра он объявится, живой и здоровый, и кто будет оплачивать расходы по проведению поисковых работ? Это уже не смешно!
– Но семья давно его похоронила, – возразил Гуров. – Значит, они уверены, что Тищенко погиб. И потом, кто-то же выдал свидетельство о его смерти!
– С этим в законном порядке будем разбираться, – сделал скучное лицо Загоруйко. – А вам мой последний совет – перестаньте баламутить народ. Здесь вам не Москва, я тысячу раз уже объяснял. Ваша компетенция на нас не распространяется. Вы меня просто вынуждаете подать рапорт с предложением о вашей депортации. Терпеть ваши художества становится невозможно. Вы докатились до прямого рукоприкладства.
– Мы были вынуждены обороняться, – напомнил Гуров.
– Я не случай на пляже имею в виду, – махнул рукой Загоруйко. – К нам поступило заявление, что вы избили и сбросили в воду сторожа «Барракуды». Это настолько дикий случай, что я с большим трудом в него поверил. Но не поверить невозможно – имеются свидетели.