Я замолчала. Дмитрий Александрович даже не моргал, а все смотрел и смотрел на стену, как будто она могла дать ему ответ, почему его сын оказался преступником.
— Вот, собственно, и все. Подробности мы узнаем на суде, — решила я закончить свой монолог.
Мы посидели молча минут пять. Я не знала, куда себя деть, мне почему-то было неловко, что все так получилось. Ильин не того от меня ожидал, а я практически разбила ему сердце. Хотя при чем здесь я? Я ни в чем не виновата. Я просто выполняла свою работу. Все, что зависело непосредственно от меня, я выполнила, причем более-менее хорошо. И не надо забивать себе голову чужими проблемами, так и свихнуться недолго.
Дмитрий Александрович неожиданно встал и вышел из каминной. Я осталась на своем месте. В доме было тихо. Я вдруг подумала, что, наверное, когда шли приготовления к так и не состоявшейся свадьбе, тут было намного веселее. Теперь тут никто скорее всего жить не будет.
Ильин-старший вернулся так же неожиданно, как и удалился. В руках он держал конверт, который протянул мне.
— Это твой гонорар, Танечка, — с грустью в голосе проговорил он. — Некрасиво получилось все, но ты в этом, конечно, не виновата. Очень рад был с тобой познакомиться.
Мне стало не по себе. Деньги брать не хотелось, причем первый раз в жизни, хотя я знала, что заслужила их. Я пересилила себя и взяла конверт.
— Что вы собираетесь делать дальше? — задала я неуместный, но тем не менее очень интересовавший меня вопрос.
Дмитрий Александрович избегал встречаться со мной взглядом. Он сел обратно на свое место и задумчиво произнес:
— Даже и не знаю… В Тарасове точно не останусь, а что будет дальше — жизнь покажет…
Если честно, я не представляла, что бы делала сама, оказавшись в его ситуации. Наверное, уехала бы отсюда подальше, чтобы не вспоминать всех произошедших ужасов, и вела бы затворническую жизнь до конца своих дней. Возможно, он тоже так сделает, а может, и нет.
Я поднялась:
— Ну, мне пора…
Ильин не возражал. Ему надо было сейчас побыть одному. Хотя иногда в таких ситуациях лучше, чтобы кто-то был рядом, поддерживал своим присутствием, тогда не так сильно будет чувствоваться одиночество. А Дмитрий Александрович действительно остался один. За каких-то несколько дней вся его семья развалилась. Все, что было для него самым главным и важным, сейчас уже не существует. Ни один адвокат не сможет помочь Кириллу избежать положенного наказания, и поэтому отец не увидит своего сына еще очень долго. Если вообще когда-нибудь им доведется все-таки встретиться.
В дверях я неожиданно столкнулась с Ксенией. Даже моих небольших познаний в медицине достаточно, чтобы сказать: слишком рано она вышла из больницы. Девушка бросилась мне на шею, как старой подруге.