Как бы там ни было, а Лера пожелала мне удачи. На этом мы и расстались.
В два часа дня я была уже напротив «Дисторшена». Это молодежное кафе располагалось в самом центре города, на пешеходной улице, которую тарасовцы для краткости именуют просто Проспектом, и служило местом оживленной тусовки неформалов разных мастей. Я сразу же узнала в толпе Олю с Гансом, которые разговаривали с каким-то парнем. Меня они пока что не замечали, что было мне на руку. Я решила дать им наговориться и подойти к ним уже после того, как они пойдут по своим делам. А в том, что они пойдут куда-нибудь, но только не в кафе, была большая доля вероятности: Оля с Гансом явно бедствовали, и скорее всего, даже посещение «Дисторшена» с его вполне божескими ценами было возможно для них только в том случае, если вдруг объявится неожиданный спонсор. На эту роль парнишка, с которым парочка беседовала, на мой взгляд, не очень подходил.
Так оно и вышло. Встреча возле кафе оказалась всего лишь «стрелой» для обсуждения каких-то их дел. Через десять минут Оля с Гансом расстались с парнем и направились по Проспекту в сторону консерватории. Здесь-то я их и перехватила.
— Привет, — поздоровалась я, идя Оле с Гансом прямо навстречу.
— Здрас-сьте, — смутилась Оля, а Ганс, по своему обыкновению, промолчал.
— Ребята, а у меня ведь к вам разговор есть.
— Какой? — подозрительно взглянула на меня Оля, которая, похоже, не обрадовалась нашей встрече.
— Да насчет Дины… Насчет того, как кто-то прописки у нее в квартире добивался…
Ганс нахмурился, а Оля, еще более смутившись, забегала взглядом с меня на своего спутника и обратно.
— Да чего добивались-то… — неуверенно начал Ганс, и Оля тут же заверещала, перебив его:
— Какая прописка, вы что? Ну, хотели мы, чтобы она временно нас прописала… А что такого-то в этом? Мы не местные, нам прописка нужна. Мы же не квартиру хотели отобрать у нее! Да и вообще какое это имеет значение, если она уже умерла!
— Вот именно, что умерла! — прокурорским взором буравя обоих, продолжала наступать я. — А у вас были ключи от ее квартиры!
Оля совсем смутилась. Мое незамысловатое «взятие на понт», похоже, срабатывало. Действительно, у этих молодых людей были ключи. А судя по их лицам, может быть, даже и сейчас есть.
— Да какие ключи… Вы чего гоните-то, я не пойму, — чуть усмехнулся Ганс, отводя тем не менее взгляд в сторону. — Вообще уже…
— Это все Машка, с-сука… Я так и знала, что от этой уродины чего угодно можно ожидать! — с ненавистью скривила лицо Оля. — Говорила тебе, не нужно было болтать лишнего! Ну и что, если ключи? Ну и что?! — с вызовом посмотрела она на меня.