Интуиция у отца Игнатия действительно была редкостной. Она не отказывала ему никогда. Хуже у пастыря обстояло дело с мозгами.
– Так кто же твоя прихожанка? – спрашивал безжалостный Рудин одуревшего от страха отца Игнатия.
– Но это же тайна исповеди.
Поп тут же защитил лицо обеими руками, но Рудин и не думал больше его бить. Он знал, что и так узнает сейчас все.
– Лилия Константиновна. Знаете ее? – проскулил отец Игнатий, обрадованный, что не получил никакого удара.
– Тьфу, черт! – сплюнул Рудин. – А ты, поп, оказывается, дурак! – Он отошел от него к окну. – Ой какой ты дурак…
Последнюю фразу Рудин отнес скорее к себе, чем к попу, но тот радостно закивал.
– Ага, ага! Дурак! Не подумал! – заскулил отец Игнатий. – Может быть, я пойду, а?..
Он с надеждой посмотрел на Рудина.
– Иди, иди… Попроси эту дуру, чтобы она тебе на сон еще что-нибудь рассказала…
Отец Игнатий, продолжая причитать и кланяться как китайский болванчик, быстро попятился к входной двери и тут же исчез.
Прикрывая рукой все еще кровоточащий нос, он выскочил на залитую жарким летним солнцем площадь возле памятника Долгорукому и быстро заспешил прочь, моля Бога о счастливом избавлении и клянясь ему, что он больше никогда в жизни не будет полагаться на свою редкостную интуицию.
А Рудин после его ухода вдруг вспомнил одно дело, которое вел на Лубянке еще при Брежневе. Дело касалось распространителей порнографии.
– Нет, не может быть, – отмахнулся Рудин от пришедшей мысли. – Да даже если и он, черт с ним….
Он заходил по квартире.
А вот Лиля, оказывается, не так глупа…
В голове Рудина шевельнулась какая-то смутная мысль.
А что, если это она организовала нападение на него в подъезде? Да нет! Этого не может быть. А если ей помогали ее великовозрастные сынки?.. Нет, старший не мог. Он добропорядочный семьянин и вообще мужик приличный… А младший?.. Стоп! А что, это версия! Он учится у нас в академии. Ему провернуть такое дело – как в казаков-разбойников поиграть. Разминка для начинающего чекиста. Вообще-то он ни разу не появлялся в фирме с момента развода родителей. Значит, у нас может работать кто-то, кто ему помогает…
Рудин сел за стол.
– Неужели за мной была непрерывная слежка? А я-то воображал себя богом и думал, что один знаю все про всех. Ну Лилия Константиновна! Я грешил на твою соперницу, на Веронику, а ты ее, оказывается, обскакала. Ну что ж, теперь посмотрим…