Надо же, с каких это пор он начал умнеть? Я не подала вида, что вопрос меня удивил.
— Понимаешь, у меня Полина и Кирилл, и они…
— А, сразу бы так и сказала. Ну так что мне потом делать с ней?
Этот вопрос для меня был самым больным, как, в общем-то, и для Дрюни тоже. Я прекрасно понимала, что устоять против соблазна опробовать коньячка Мурашову будет довольно сложно, так что вероятность увидеть еще раз эту бутылку у меня была минимальной, но все лучше, чем ничего, к тому же, другого выхода у меня не было. Попасть в квартиру самой еще раз не было ни какой вероятности, а двери там все время открыты. Уведут добрые люди такое добро. Пришлось рискнуть.
Общаясь с Мурашовым довольно давно, я знала, что единственный способ удержать его от этого соблазна, это пообещать ему еще больше. Но что я могу ему предложить? Я задумалась.
— Дрюня, эту бутылку нужно принести ко мне домой, там сейчас никого нет. Положишь ее в коридорчике, в старые валенки, ключ от коридора ты знаешь где. Дня через два я хочу закатить один большой банкет, ты, конечно же, будешь на нем самым почетным гостем. Будет много напитков, твоих любимых, в том числе и этот коньяк, он довольно редкий, и мне бы хотелось, чтобы мы попробовали его все вместе.
Я, конечно, врала наглым образом, но только так можно было заставить Дрюню отказаться от желания распить эту бутылочку одному.
В ванную кто-то постучался.
— Оля, что ты там до сих пор делаешь? Ты что, есть не хочешь?
— Кирилл, я сейчас выйду, еще две минутки, — дальше пришлось говорить тихо. — Дрюня, ты все понял?
— Ну что я, дурак, что ли?
— Ну ладно, как все устроишь, позвони. Все, пока.
Я повесила трубку и, немного намочив для маскировки лицо, вышла.
В кухне уже вовсю гремели ложками, Полина приготовила супчик, как она сказала, «на скорую руку», такой вкусный, что к тому времени, как я вышла из ванной, от него не осталось ничего. Хорошо, что мне сразу налили, иначе бы я в который раз осталась без обеда. Я села за стол и принялась уплетать суп и остатки салата. Мне все казалось таким вкусным, что я стала смотреть, не осталось ли у кого что в тарелке. Как бы не так, оставят они что-нибудь, дождешься. Пришлось довольствоваться тем, что есть.
После того, как мы перекусили, сразу же стали собираться в деревню за девочкой. Посуду Полина решила не мыть, она сложила ее в раковину и залила водой, затем переоделась в брючный костюм. Я прихватила с собой остатки батона, который хотела доесть по дороге, и, мы отправились в машину.
Дорогой все молчали. Полина наверняка обдумывала, как лучше совершить обмен, Кирилл, скорее всего, так же размышлял на эту тему, я же беспокоилась, выживет ли моя бутылочка или нет. Почему-то этот вопрос волновал меня сейчас намного больше, чем все остальное.