Дэвид Слоэн почувствовал облегчение
— Что он говорит?
— Говорит… — Лидия смотрела то на экран, то на него, — прокурор Милана говорит, что они идентифицировали убийцу Кармине Апра…
Камера прошлась по группе на ступенях и Слоэн увидел Андреа Каларно, одиноко стоявшего позади всех с лицом человека, которому приспичило добежать до туалета и увидеть его закрытым на ремонт.
Лидия слушала и переводила:
— … Он говорит, что этого они не смогли бы сделать без полноценной помощи расследованию со стороны федерального американского агента.
Глаза Слоэна превратились в два куска льда.
В первом ряду, там где и надлежит стоять героям. Серый костюм, блеклый галстук, волевой подбородок. Интеллигентный мужчина, видимо, городской прокурор, смеясь радостно затряс ему руку.
— Вот он, этот федеральный агент, — уточнила Лидия. — Его зовут Валайн. Ричард Валайн.
— Ничего в рукаве, ничего под шляпой… — тихо пропел Слоэн.
Лидия с удивлением посмотрела на него.
— Представляю вам Ричарда Валайна! — Слоэн засмеялся и покачал головой. — Героя,
федерального агента!
— Дэвид, ты знаешь этого человека.
Это было утверждение, а не вопрос. Слоэн выключил телевизор. В комнату вернулся полумрак.
— На самом деле, Лидия, я знаю совсем другого человека.
Ничего интересного не было на площади Карбонари.
Асфальтовый круг, гранит бордюров, дохлые скверики вдоль кольцевой дороги. Над двумя параллельно расположенными туннелями высился квартал разностильных зданий, построенных в разные эпохи и противоречащих друг другу по архитектуре. Опавшие листья, сдуваемые ветром, вихрились в сухом воздухе. Трава лужаек, огороженных бордюрами, высохла. Жара, загрязнение и кислотные дожди сделали свое дело.
«Альфа-ромео» отдела убийств свернула с улицы Луиджиана, оставив позади высокие деревья с облетевшей листвой, и притормозила в конце спуска, у самого асфальтового круга. Каларно не отрывал глаз от секретного досье на Дэвида Слоэна, оставленного ему Валайном. Пейзаж за окном его не интересовал. Он нагляделся на него с тех пор, как он и Елена, наконец, пришли к окончательному выводу, что совместная жизнь осточертела обоим. Теперь его домом были две комнаты плюс прочие удобства на четвертом этаже одного из безликих зданий на этой площади.
Сержант Родольфо Скьяра, сидевший за рулем «альфы», остановился во втором ряду, рядом с цепочкой машин, стоящих вдоль площади. Колеса прошуршали по валявшимся на асфальте листьям.
— Шеф, хотите, чтобы мы поднялись вместе с вами? — спросил Де Сантис, сидящий рядом с водителем.
— Нет, так нормально. — Каларно захлопнул папку и протянул ее Де Сантису. — Позже, внимательно ознакомься с тем, что в ней.