— Не понимаю, почему вы разрешили ей отправиться в эту экспедицию. Вы-то должны понимать, насколько это опасно.
— Да, я понимаю. И хочу сказать вам: Кети — самое ценное, что у меня есть. Потерять ее-это было бы… Я бы не смог жить. — Фредерик сделал глубокий вдох. — Но если бы я вознамерился запретить ей этот поход, что бы я сказал ей?
— Вы бы сказали, что любите ее, что хотите уберечь ее от беды.
Фредерик кивнул.
— Все так. Ну а как по-вашему, я смог бы объявить своему подрастающему сыну, что он не может отправиться в путешествие, если бы он был бы здоров и достаточно крепок?
Девлин понял, куда он клонит.
— Да будь на то моя воля, я бы всем вам запретил соваться в этот ад. Я слишком хорошо знаю, как легко там расстаться с жизнью.
— Вы не ответили на мой вопрос, Девлин, — улыбнулся Фредерик.-Я понимаю вас, вы не хотите, что-бы Кэти ехала с нами, ибо считаете, что женщины создания слабые, что их следует завернуть в папиросную бумагу и поместить на какую-нибудь надежную полку, где никто не сможет до них дотронуться. Девлин покачал головой.
— Поверьте мне, Фредерик. Я не считаю вашу дочь фарфоровой куклой. Но …
— Но вы считаете, что она недостаточно сильна для подобного путешествия. — Фредерик тоже покачал головой. — Она решительная молодая женщина, умная, очень волевая и выносливая Вы никогда бы не смогли уговорить ее остаться, — Он какое-то время наблюдал за Девлипом, хитро поблескивая глазами и улыбаясь. — Я думаю, вы убедитесь, что она сильнее многих из нас.
Он уже и так слишком во многом убедился. Да, ему очень хотелось думать, что она капризна, слаба, но он не мог.
— Существуют тысячи способов умереть там.
— Да. Но у нас теперь есть прекрасный проводник, который поможет нам остаться в живых.
Мускулы на плечах Девлина напряглись.
— Однако я не уберег моего компаньона, если вы помните.
Фредерик отмахнулся.
— Я полностью доверяюсь вам, мистер Маккейн.
О Боже, он должен был уберечь их, но он ведь простой смертный. И он-то знал, как быстро там может настигнуть смерть, что ей хватит и секунды… пока летит стрела с наконечником, обмазанным ядом кураре. Он помнил, как он разговаривал с Кральдом, а в следующее мгновение тот умирал на дне каноэ, и Девлин греб, как сумасшедший, чтобы отдалиться от индейцев, вдруг высыпавших на берег.
Девлин помолчал минуту, глядя в ласковые глаза Фредерика, изо всех сил стараясь найти какой-нибудь веский довод, который заставил бы их вернуться назад, в Англию. Но он уже знал: он не сможет остановить их…
— Вы прочли мою книгу и копию с дневника Рандольфа, которые я вам дал?