Роберто наклонил голову, пытаясь скрыть ухмылку. Но он старался недостаточно упорно.
– Я думаю, вы оба должны сегодня переночевать здесь, – предложил Nonno.
Нужно было какое-то время побыть в одиночестве, чтобы попытаться понять, каким образом в ее жизненных планах все пошло наперекосяк. Поэтому Брэнди улыбнулась и похлопала старика по руке.
– Нет, Nonno. Спасибо. Но мне нужно кое-что из одежды. И потом, у меня нет зубной щетки, а она мне действительно понадобится после сегодняшней пищи.
– У меня еще остались вещи Мариабеллы. Там, в комоде наверху, в ее спальне. Мариабелла – моя дочь. Мать Роберто. Я думаю, она не стала бы возражать. – Nonno продолжил с задабривающей улыбкой: – Я пойду приготовлю постель, а Роберто тем временем сходит на угол за зубной щеткой.
Брэнди пришла в восторг, взглядывая на Роберто. Вид у него был поистине страдальческий.
– О Боже. Nonno, ведь на улице так холодно!
– Слабак, – сказал Nonno, одним словом отмахнувшись от внука.
– У тебя есть шофер! – добавила Брэнди.
– Я не буду вызывать Ньюбая, чтобы проехать на машине один квартал, – сказал Роберто.
Брэнди улыбнулась. Пусть знает, как гулять в такую погоду. В другой раз не станет заставлять других идти пешком через весь Чикаго.
– Возмездие всегда сладко.
– А потому вы останетесь, – сказал Nonno.
Вообще она не собиралась оставаться. Дома у нее теперь был новый матрас, оплаченный управляющим. Брэнди хотела вернуться – но не на старое место, не в свою квартиру. Очень не хотелось дышать свежей краской, зная, что под ней скрывается то ненавистное послание. А бедная софа и влажный ковер? Одно утешало, что уборщики ликвидировали все ужасные последствия. Но она никогда этого не забудет.
Заметив ее колебания, Nonno громко вздохнул.
– Я старый человек. И такой одинокий. Я был бы счастлив, если бы вы составили мне компанию. Конечно, вы, молодые люди, вероятно, не хотите общаться с немощным стариком…
– Вы меня поддразниваете, Nonno, – сказала Брэнди.
– Ну да. – Он подмигнул ей. – Поддразниваю. Спасибо, что заметили.
Брэнди уже не могла устоять перед ним.
– Я с удовольствием останусь. – Роберто встал и со смиренным видом пошел за своим пальто. – Но только на одну ночь! – добавила она.
– Конечно, милая Брэнди. – Nonno похлопал ее по руке. – Роберто, раз ты идешь в магазин, захвати яиц нам на утро.
– Хорошо, Nonno. – Роберто натянул перчатки. – Что-нибудь еще?
– Молоко, – сказал Nonno. – И наверное, «Бисквик».[17]
– Хорошо, Nonno. – Взяв темную вязаную шапку, Роберто натянул ее на голову, закрывая уши. Брэнди ожидала, что это будет выглядеть по-дурацки. Но это придавало ему мальчишеский и сексуальный вид. Ей захотелось обернуть его шею шарфом, поцеловать и сказать, чтобы он поторопился. Но вместо этого она сказала: