В следующее мгновение его губы оказались над огненно-рыжими завитками, которые едва прикрывали шелковистые лепестки. Когда он поцеловал Кэтрин между ног, она ахнула и попыталась отстранить его.
— О Господи, Алек, что ты делаешь? Он приподнял голову и улыбнулся:
— Нарушаю правила. Кэтрин широко раскрыла глаза:
— Ой, так вот что происходит на картинке…
— Какой картинке?
Покраснев, она, заикаясь, пролепетала:
— Н-не обращай вн-нимания.
— Ты опять про эту мерзкую книжку? На сей раз ты меня заинтересовала. Там действительно есть картинка с изображением того, как люди это делают?
— Ну… есть… но я не могла понять, почему мужчина это делает…
Алек слегка сжал зубами твердый узелок плоти, и Кэтрин, ахнув, толкнулась ему навстречу.
— Так вот почему…
— Хочешь еще?
Он коснулся языком узелка. И хотя Кэтрин закраснелась от смущения, она тем не менее обхватила его голову и прижала к себе. Алек пососав набухший бутон, погрузил язык внутрь.
Мускусный аромат едва не свел его с ума, ему захотелось доставить Кэтрин еще большее удовольствие. Он с восторгом наблюдал за тем, как она извивалась под ним, издавая легкие стоны, которые еще более побуждали его к действию. Он должен доставить ей такое удовольствие, которое она будет вспоминать и тогда, когда узнает о его лжи.
В какой-то момент Кэтрин содрогнулась всем телом, и Алек понял — она достигла вершины наслаждения.
Приподнявшись, он раздвинул атласные бедра и одним резким движением вошел в нее.
Кэтрин вскрикнула и обхватила Алека за плечи:
— Ага… вот так… еще глубже…
Она приподняла бедра, впуская Алека еще глубже, и он застонал:
— О, Кэтрин… ты просто божественна… а-ах!..
— А ты определенно Александр Великий.
Алек засмеялся, продолжая совершать толчки, стремясь навсегда покорить Кэтрин, чтобы она никогда впредь не сожалела о том, что выбрала его.
Наконец Алек позволил себе излить свое семя.
Когда он — опустошенный, удовлетворенный — наконец упал без сил на Кэтрин, она прошептала:
— Я люблю тебя, Алек.
И он понял, что больше не может ей лгать.
Опасайтесь коварных матерей — они способны разрушить все ваши планы.
Аноним. Руководство для повесы
Кэтрин совсем не собиралась произносить эти слова, но, произнеся, нисколько о том не пожалела.
Алек отстранился, в его взгляде читался ужас. Кэтрин растерянно заморгала, сердце у нее упало.
— Ты не можешь. Ты не должна, — сказал Алек.
Это была совсем не та реакция, которую она ожидала.
— Почему нет? — прошептала Кэтрин, чувствуя, что пережитое удовлетворение от их единения медленно уходит от нее.
Она повернулась на бок и посмотрела на Алека: