– Да, есть, хотя я сомневаюсь, что кто-то согласится надолго пойти к озеру с ледорезом, – откликнулся Патрик, симпатичный темноволосый молодой человек с впалыми щеками и выразительными голубыми глазами.
– А может быть, попытаться сходить туда еще раз? Если бы у нас было несколько коров, мы могли бы делать масло и продавать его. И яйца. Можно завести несколько несушек, получать молоко и яйца, делать масло и печь хлеб для жителей города.
– Но все это стоит денег, Мюйрин, – напомнил ей Локлейн.
– Я знаю, Локлейн, и знаю, что мы погрязли в долгах. Я просто соображаю, как быть. Если банк и наши кредиторы убедятся, что у нас есть четкий план возрождения Барнакиллы, они, возможно, согласятся подождать свои деньги. Несколько коров, свиней и кур недорого нам обойдутся, если только не увеличивать сумму нашего долга, – вполне логично возразила Мюйрин.
Локлейн вынужден был признать, что к ее аргументам не придерешься. Но он не хотел обсуждать с ней финансовые вопросы при посторонних. Они с Мюйрин должны всем вернуть уверенность в Барнакиллу. Но этого невозможно будет добиться, если в глазах окружающих они окажутся разобщенными.
Он видел, что она расстроена всем, с чем столкнулась, но от нее не прозвучало ни одной жалобы. И он опять почувствовал, что предал ее. Он все время наблюдал за ней, пытаясь найти хоть какой-нибудь признак слабости, в то время как она ходила, мыла, организовывала, составляла списки, пока наконец не столкнулась с ним лицом к лицу и улыбнулась, что в какой-то мере его обнадежило.
Пообедав (каждому досталось по миске картошки с тушеным мясом), Мюйрин с Циарой поднялись наверх, чтобы посмотреть, не найдется ли там подходящей спальни для Мюйрин.
В задней части дома была комната, оклеенная пожелтевшими от старости обоями с сине-белым цветочным узором. Комната выходила окнами на восток и была достаточно небольшой, чтобы хорошо сохранять тепло. Там стояли большая кровать с балдахином, маленький туалетный столик и стул. Насколько Мюйрин могла судить, крошечные непрошеные гости не успели сюда добраться и свить здесь гнезда, так что она решила расположиться здесь сама.
– Вы не могли бы прибрать здесь для меня? Матрас, похоже, в хорошем состоянии, но сыроват, так что мы вынесем его на солнце. А пока я могу спать на соломе из сарая. Я бы сама принесла ее сюда, но нам с Локлейном нужно ехать в город, чтобы встретиться с бухгалтером.
– Ничего, – отрывисто ответила Циара. – Я все сделаю.
– Знаете, если вы чем-то заняты, это подождет, – Мюйрин изо всех сил пыталась наладить отношения с сестрой Локлейна, которая как будто нарочно делала все возможное, только бы оттолкнуть от себя людей.