– Еще бы! – промолвила Саманта. – Выглядите просто превосходно!
Джоул засмеялся, взял ее руку и положил себе на локоть. Затем повернулся к партнеру:
– Фургон загружен?
– Не совсем, – ответил Кевин. – Нужно еще кое-что купить.
– Так, может, показать Саманте Гранд-Форкс? Ей будет интересно. Встретимся здесь через час?
Кевин кивнул, не сумев скрыть своего неудовольствия. Он нехотя пробормотал что-то на прощание и зашагал прочь. Несколько раз он оборачивался и смотрел на них.
– Что у вас в руках, Сэм? – Джоул показал на пакет, прервав ее излияния по поводу его чудесного превращения. Свежевыбритый, в сюртуке, с безупречно повязанным галстуком, он не шел ни в какое сравнение с перепачканным грязью старателем, ковыряющимся в ледяной воде Бонанзы.
– Книга. «Большие надежды».
– А, Диккенс, – сказал Джоул, когда они двинулись по Первой авеню. – Моя любимая вещь.
– А моя, пожалуй, «Повесть о двух городах».
Он приложил руку к сердцу и принял небрежную позу.
– Ах, я готов умереть за любимую женщину! Пожертвовать жизнью, лишь бы та единственная, кого я боготворю, была вечно счастлива! Какое благородство!
Саманта засмеялась его шутке.
– Вы переигрываете, Джоул. Лучше продолжайте копать свое золото, иначе будете освистаны публикой.
– А мне казалось, я неподражаем, могу дерзнуть играть Калигулу, Эдипа и Ромео. – Он остановился, повернув Саманту лицом к себе. – Какие роли! Император Рима, король Греции и юноша – все они хотели быть любимыми.
Пальцы Джоула поглаживали ее руку через шелковую ткань блузки. Не видеть мольбы в его глазах было невозможно. Надеясь, что собственные чувства она ничем не выдала, Саманта сказала:
– Мы на улице, Джоул.
– Знаю, Сэм. Черт побери, знаю! Иногда я просто диву даюсь, откуда на пустом, казалось бы, месте такая прорва народа! Минутки не выберешь, чтобы побыть с вами наедине.
– Не здесь! – взмолилась она, видя, что они привлекают внимание.
Джоул скрипнул зубами и, взяв ее за руку, повел дальше. Игнорируя ее изумленный вздох, он открыл дверь в «Голд-Хилл», и не успела девушка опомниться, как очутилась в вестибюле.
В «Голд-Хилле» не было такого роскошного убранства, как в отелях Доусона. Стены гостиницы, оклеенные белыми обоями, освещались фонарями. В узком фойе с двумя рахитичными стульями пахло керосином.
Джоул направился к конторке и стукнул кулаком. На стук из небольшого кабинета выскочил мужчина.
– Да, сэр?
– Мне нужен номер на час.
– На час, сэр? – Заметив, как запылало лицо девушки, стоявшей рядом с мужчиной, клерк с достоинством проговорил: – Сэр, это противоречит нашим правилам. В отеле «Голд-Хилл» не принято сдавать номера для свиданий. Наведайтесь в…