– Добрый день. Извините, что разбудил вас.
Она едва не вскрикнула от неожиданности. Из полумрака у нее за спиной вышел мужчина и отвесил глубокий поклон.
– Оказывается, я вас не только разбудил, но и напугал. Сможете ли вы меня простить?
Кэтрин прижала руку к сердцу, чтобы унять его бешеный бег.
– Кто вы такой?
– Джулиан Лаундз.
Он взял ее свободную руку и низко склонился над ней. Прикосновение его губ показалось Кэтрин холодным и как будто липким. Голос у него был гнусавый и тягучий, словно речь стоила ему непомерных усилий.
– Пасынок, – пояснил он с кривоватой усмешкой, когда понял, что его имя само по себе ничего ей не говорит.
– О, вы брат…
– Оливии. Совершенно верно. Ну, а вы – бесстрашная миссис Пелл, прекрасная и загадочная вдова, о которой мы так много слышали и в то же время так мало знаем. Меня одолело любопытство, я просто должен был с вами познакомиться. То, что Диана рассказывала о вашей красоте, кажется мне чудовищным преуменьшением. Как долго вы вдовеете?
– Простите?
Со сна Кэтрин никак не могла угнаться за ним, разум отказывался ей служить. И ее по-прежнему тревожила смутная, навязчивая мысль о том, что он прикасался к ее груди, хотя теперь это представлялось просто невероятным. Он же дворянин, одет щегольски, как настоящий лондонский денди! Он сводный брат Бэрка, не мог же он…
– Я спросил, давно ли незабвенный мистер Пелл покинул этот бренный мир? Ваш покойный супруг.
– Я… Вы не могли бы зажечь свечу? Я вас почти не вижу.
– Mais oui, madame.[26]
Кэтрин пристально смотрела на него, пока он зажигал свечу от огня камина, а потом и установил ее в ветвистый подсвечник на столе рядом с нею. Среднего роста, тощий, с соломенными волосами и странными глазами цвета меда, Джулиан был годами значительно моложе Бэрка, но его костлявое лицо казалось изнуренным пороками, а свой безвольный и вялый рот он явно позаимствовал у какой-то старой жеманницы. Взяв щепотку табака из черепаховой табакерки, он осторожно втянул понемногу каждой ноздрей, а затем деликатно чихнул в благоухающий духами платочек.
– Мой муж скончался недавно. Мне бы не хотелось об этом говорить.
Она уже оправилась от потрясения и начала ощущать острую антипатию к Джулиану Лаундзу.
– Да-да, я понимаю. Он был англичанином, насколько мне известно, однако сама вы родом из Шотландии, если, конечно, я правильно угадываю принадлежность этого прелестного легкого акцента.
Кэтрин сдержанно кивнула.
– А ваш супруг? Он откуда родом?
Она принялась лихорадочно соображать.
– Из Суррея. Извините, мистер Лаундз, я нездорова. Вы не могли бы…