Из-за пеших паломников конь старого рыцаря шел медленно, и Джоанна чинно восседала за его спиной, словно в дамском седле.
Чего бы только не отдал Ричард, чтобы пришпорить коня и заставить Джоанну прижаться к нему.
– Мистер Блекхерст сказал, что купит Мод Малкин лошадь, когда мы будем в городе, – прервала молчание Джоанна.
Ричард позволил «сэру Ниварду» еще раз фыркнуть.
– До этого еще далеко. После этого леса будет Эппингский лес, а он еще больше.
Джоанна вздохнула, и Ричард почувствовал, как она ссутулилась за его спиной.
– Может быть, к завтрашнему дню нога перестанет болеть.
– Вряд ли. Вам, мадемуазель, не терпится покинуть меня?
Ричарду стало обидно, хотя он сделал сам все возможное, чтобы вызвать ее неприязнь.
– О нет! Просто, как я вам уже сказала... я не хочу мешать вашим святым размышлениям! – сердито проговорила она.
Ричард позволил себе усмехнуться, пока она не видит его лица.
– Я уже, кажется, сообщил вам, что по доброй воле нарушаю свое одиночество, желая помочь вам. А теперь, если вы соблаговолите помолчать, я вернусь к своим размышлениям.
Джоанна тяжело вздохнула от его неучтивости, однако замолчала, предоставив ему размышлять о предметах отнюдь не религиозных.
Он видел, как стражники не спускали глаз с Джоанны во время лесного отдыха и потом, когда она шла пешком. Может быть, она им просто приглянулась? Ведь нравится же она ему. Нет. В их взглядах было что-то еще. Ричард не выжил бы в палестинских кампаниях и при дворе султана Бейбарса, если бы не безошибочное шестое чувство, которое предостерегало его не выдавать себя и смотреть в оба. Вот и сейчас стражники о чем-то шепчутся, и один все время посматривает в их сторону.
Ричард знал, что спит чутко. Это уже не раз спасало ему жизнь, и дай Бог, чтобы теперь сон тоже не подвел его, если стражники вздумают напасть ночью.
Ричард не обманывал Джоанну, когда говорил, что до человеческого жилья далеко. Пришлось паломникам разбить лагерь в небольшой дубовой рощице.
Пока женщины собирали хворост для костра, стражники, взяв луки и стрелы, отправились на охоту. Ричард тоже пошел, но сначала переговорил с виноторговцем, который оставался с женщинами.
– Будьте начеку, мистер Блэкхерст, – шепнул он ему. – Не нравится мне ночлег в здешних местах, но у нас, кажется, нет выбора. Будьте добры, не оставляйте мадемуазель одну.
Ричард мог поклясться, что виноторговец счел для себя большой честью просьбу «старого рыцаря».
– О, будьте уверены, милорд, – пообещал Блэкхерст, – в лесу разве можно считать себя в безопасности? Но у нас крепкие стражи... Мимо них и мышь не проскочит, – весело проговорил он.