— О Господи, Эйдриан, не мог найти чего попроще…
— О, Жак, посмотрите на нашу Софию! Не волнуйтесь, миледи, мы поймаем вас.
Но вот показался гранит фасада. Затем окно. И наконец Эйдриан ощутил землю под ногами.
Джеральд первым из толпы подошел к ним. Он помог Софии слезть со спины Берчарда.
— Жуткая история, вы не находите, Берчард?
— Похороны куда хуже, — отрезала София. — Если бы вы хотели помочь мне с животными и не убежали бы…
Объятия Аттилы помешали ей увидеть реакцию Джеральда.
— О, миледи, мы заметили дым и пришли, не зная, что горит ваш дом. Слава Богу, что сегодня мистер Берчард остался у вас.
Самые близкие из наблюдателей, семья Берчарда и Джеральд вздохнули с облегчением. Колин и Дороти без умолку сыпали восклицаниями и поздравлениями, отвлекая внимание от высказываний Аттилы.
И вдруг Софию пронзила внезапная мысль: как Эйдриан оказался в ее доме нынешней ночью?
Толпа расходилась и бурлила, сожалея, что спектакль окончился. Эйдриан снял Принни с плеча Софии и отдал его графу. Обезьянка обняла его за шею и устроилась в изгибе его рук. Граф, польщенный доверием, держал ее как ребенка.
— Не позволяйте Принни убежать, а то нам придется всю ночь искать его по городу, — предупредил Эйдриан.
— Принни? Что за имя? Здесь измена! Принни лукаво улыбнулся. Граф замер.
— Что за черт… вот кривляка… мое пальто погибло! Эйдриан снял сюртук и набросил на голые плечи Софии.
— Огонь локализован, и пожар почти закончился, — доложил Колин. — Ущерб значительный, и дом все еще полон дыма. Вы были на волосок от гибели, герцогиня. Браво, Эйдриан.
Эйдриан сосредоточенно отряхивался, София чувствовала, что он всячески избегает внимания.
— Вы бы лучше пригласили герцогиню к себе домой, Дот.
— Конечно, вы останетесь у нас, моя милая, пока все не уладится. Ты проводишь нас, Эйдриан?
— Колин, ты можешь заменить меня? Мне тут надо еще кое-что выяснить. Вы не возражаете, если я поговорю с вами завтра, герцогиня? Нам нужно многое обсудить.
— Конечно. — Включая то, как Эйдриан оказался ночью в ее доме.
Мужчина, помогавший тушить пожар, подошел к Эйдриану. Он протянул обгоревшие остатки бумаг.
— Нашли там, где начался пожар.
— Что за бумага? — спросила София.
— Кто-то использовал листовки, чтобы поджечь дом, — тихо ответил Эйдриан. — Визитная карточка «Робин Гуда».
Эйдриан умел затеряться в ночной мгле. После того, что ему удалось узнать, рассматривая обугленные улики, он на несколько часов позволил себе исчезнуть в темных улочках Лондона.
Он подпаивал словоохотливых завсегдатаев пивных, разговаривал с барменшами и проститутками, выпытывая у них хоть какие-то сведения. Он посетил притон на другой стороне реки, где находили убежище бродяги, контрабандисты и мелкие воришки. Обитатели приняли его, потому что двух из них он знал во времена, когда они занимались каперством (Капер — частное торговое судно воюющего государства, нападающее на неприятельские торговые суда.) на Восточном Средиземноморье. Наконец уже перед рассветом он заглянул в запущенный дом одного политического радикала, с которым они периодически спорили за бокалом вина.