– Хотелось бы немного подождать, пока ты не наберешься сил и не заживут твои ушибы. Но я, к сожалению, не знаю, как лечить раны. Конечно, сейчас ты мне можешь дать совет. Но если ты всерьез заболеешь и снова потеряешь сознание? Нет, уж лучше пусть Фиона за тобой присмотрит, И пусть уложит тебя в мягкую теплую постель. К тому же там будет все, что может тебе потребоваться.
– Да, ты прав, конечно… – пробормотала Алана, с трудом переставляя ноги.
К тому времени как они добрались до хижины, Алане уже казалось, что ее ноги превратились в кашу, а голова гудела, как барабан, по которому нещадно бьют. Но она не могла сдержать улыбку при оглушительном «мяу», которым приветствовал их приход Шарлемань. Когда Грегор уложил ее на одеяла, кот прыгнул к ней, свернулся радом в клубок и начал жалобно мяукать. Она почесывала его между ушами, наблюдая, как Грегор упаковывает вещи.
– Я думаю, что он испугался, что мы его бросили, – сказала Алана.
Грегор покачал головой:
– Он так и не понял, что котам положено быть необщительными, хитрыми, предпочитать одиночество и гулять самим по себе. Я говорил тебе, он запутался. И я тоже запутался, потому что говорю о нем как о человеке.
– Все эти представления о кошках – всего лишь досужие сплетни. Кот может быть таким же дружелюбным, как и пес, и он точно так же нуждается в ласке. А многие люди просто не обращают на кошек внимания. Оставляют их в конюшне или на кухне и ждут, что эти зверьки за жалкие крохи, что бросают им хозяева, будут ловить крыс и мышей. А вот те кошки, которые живут у нас, всегда очень общительны и дружелюбны.
– Только я не думаю, что тебе следует и сейчас нести на себе этого дружелюбного кота, – сказал Грегор.
– Нет, я непременно его понесу.
– Хорошо, посмотрим. Как насчет того, чтобы поесть? Кажется, ты с вечера ничего не ела.
– Остались еще лепешки?
Грегор протянул ей медовые лепешки и пошел седлать коня. Ему придется хорошенько за ней присматривать. Алана собиралась взвалить на себя больше, чем могла вынести, и ему следовало заботиться о ней. Он очень переживал из-за того, что приходилось везти ее верхом, но другого выхода не было – они не могли оставаться с ней здесь, потому что он не смог бы позаботиться о ней так, как Фиона.
Вернувшись в хижину, он увидел, что Алана зевает, и улыбнулся. Если она уснет в дороге, то не станет пытаться делать больше того, что может. К тому же во сне она не будет страдать от боли.
Они не успели проехать и двух миль, как Алана крепко уснула, и Грегор усадил ее перед собой поудобнее. Он понимал, что сон принесет лишь временное облегчение от боли, а проспать до самого Скаргласа Алане едва ли удастся. Но можно было надеяться, что сон придаст ей сил, чтобы выдержать оставшуюся часть пути.