– Меня приучили не обсуждать материальное положение семьи с посторонними, хотя ты никогда бы про это не догадался, судя по тому, как я веду себя с тобой. Обещаю никому не говорить.
– Я и не думал, что ты станешь рассказывать. – Говоря, Мейсон поглаживал ее, руку, отчего все мысли у Рейн улетучились, и она заставила себя вернуться к прежней теме.
– Да, насчет платья. У нас в Бемиджи есть определенные имена для женщин, которые принимают дорогие подарки.
– Ни одно из них тебе не подходит. Черт побери, наши отношения, конечно, странные…
– Мягко сказано.
– … но тебе нечего стыдиться. Ты просто окунулась в причудливую жизнь моего семейства. – Глаза Мейсона на секунду потемнели, затем он отпустил ее руку. – Не будем говорить о моей семье или о твоей одежде. Я играю свою роль, ты свою, мы оба увязли по уши. Теперь кончай с завтраком и покажи, что надо грузить в машину.
Рейн хотела поспорить, но, признав свое поражение, сунула последний кусок бублика в рот, запила его чаем и встала.
– Не желаешь хотя бы посмотреть, что купил?
– Удиви меня сегодня вечером.
Она посмотрела на него, потом вздохнула:
– Прекрасно. Тогда пошли трудиться.
Она повела Мейсона к гаражу, подняла скрипучую дверь. Солнечный свет с кружащимися в нем пылинками обрисовал металлические фигуры самых разных форм и размеров.
– Ты сам напросился, – предупредила Рейн.
Мейсон окинул взглядом части скульптур, будто руководитель музея на вернисаже, потом остановился перед чем-то объемным, покрытым тканью, и протянул к нему руку.
– Не надо, – быстро сказала она.
– Ах, тайна. Решила подогреть мой интерес?
– Работа не закончена. Я пробую соорудить кое-что новое, поэтому не хочу показывать недоделанную вещь.
– Хорошо.
Мейсон подошел к верстаку, где была наковальня, молотки, всевозможные резцы, потрогал маску сварщика и перчатки.
– Умом я понимаю, тебе это необходимо для работы над теми садовыми штуковинами, но увидеть воочию… Довольно устрашающее зрелище.
– Да, не слишком изысканное занятие и не очень подходящее для леди.
Мейсон обернулся, его глаза мерцали как синие алмазы.
– Леди – это женщина, рядом с которой в любой ситуации каждый чувствует себя удобно, от бара на задворках до чайной церемонии у королевы. Я наблюдал за тобой целую неделю и утверждаю, что ты леди, Рейн Хобарт. Значит, я должен погрузить все это?
Она смотрела на него, сердце глухо стучало, и несколько ударов отстукали ей вполне подходящий ответ.
– Спасибо. Нет, не все. Только вот те четыре маленьких, большую решетку и купальню для птиц. Тащи их, но смотри не надорвись, – предупредила она с усмешкой, идя к машине. – Я не нанимаю грузчиков.