– Это не годится. Ты говорила с Джесси Данквейт?
– Джесси Данквейт мне не поможет. Я хотела рассказать вам о том, что случилось, прежде чем это сделают другие. Хочу, чтобы вы услышали мою версию.
– Ты слишком взволнована, – спокойно заметила она.
– Возможно. Но если бы вы видели меня сегодня ночью, то поняли бы, что сейчас я холодна как лед.
– Мне не терпится услышать, что случилось.
Я поведала ей о ночном происшествии, не упустив ни одной подробности.
Она внимательно выслушала и кивнула головой с видом судьи, готового вынести приговор.
– Сомнений быть не может, – заявила она, – кто-то из домашних пытался напугать тебя.
– Но это так глупо!
– Не так уж и глупо, если за этим стоит серьезный мотив.
– Какой мотив?
– Желание повредить твоему будущему ребенку, сделать так, чтобы ты не доносила его до положенного срока.
– Странный способ добиться этого, да и кто…
– Не исключено, что это только начало. Мы должны принять меры предосторожности, чтобы не допустить новых попыток.
Раздался стук в дверь.
– Войдите, – сказала Агарь, и в комнате появился Саймон.
– Доусон сказала, что у тебя Кэтрин, – объяснил он. – Можно к вам присоединиться?
– Я не возражаю, – ответила миссис Редверз. – А ты, Кэтрин?
– Но... конечно, нет.
– Ваш ответ прозвучал не слишком уверенно, – с улыбкой заметил Саймон.
– Просто мы с Кэтрин обсуждали кое-что важное, и, возможно, она не хочет делиться этим с тобой.
Я взглянула на Саймона и подумала, что никогда не видела человека, столь исполненного жизненной силы, столь земного и не склонного к болезненным фантазиям. Он буквально излучал практичность и здравый смысл.
– Да нет, ничего не имею против, – решительно сказала я.
– Тогда давай все ему расскажем, – предложила Агарь и тут же ввела Саймона в курс дела, изложив ему мою историю почти слово в слово. Мне было приятно, что она ни разу не сказала: «Кэтрин показалось» или «Кэтрин послышалось», а только: «Кэтрин увидела» и «Кэтрин услышала».
Саймон слушал с напряженным вниманием.
– Ну, что ты об этом думаешь? – осведомилась Агарь, закончив рассказ.
– В доме завелся шутник, – ответил он.
– Я того же мнения, – согласилась она. – Чего же он добивается?
– Думаю, устранения возможного претендента на наследство.
Агарь торжествующе взглянула на меня.
– Это было ужасным переживанием для бедняжки Кэтрин, – произнесла она.
– А почему вы не попытались поймать шутника? – спросил Саймон.
– Я пыталась, – негодующе заявила я, – но, пока я собиралась с духом, он скрылся.
– Вы говорите «он» – у вас есть основания полагать, что это было существо мужского пола?