Лакеев, казалось, было не меньше, чем гостей. Каждый из них был облачен в парадную ливрею. Опытные лакеи рассаживали гостей, наливали вино и воду, не проливая ни капли.
К удивлению Лилиан, ее место оказалось почти во главе стола самого лорда Уэстклифа. Она сидела справа от него, всего через три места. Такой особой чести редко удостаивались незамужние девушки незнатного происхождения. Может быть, лакей ошибся? Лилиан осторожно посмотрела по сторонам на сидящих рядом. Они тоже были изумлены. На самом почетном месте сидела графиня, смотрела на Лилиан озадаченно и хмурилась.
Лилиан вопросительно глянула на лорда Уэстклифа. Он приподнял черную бровь.
— Что-то не так? Вы выглядите несколько встревоженной, мисс Боумен.
Вероятно, следовало покраснеть и поблагодарить за высокую честь. Лилиан взглянула в его лицо, черты которого смягчились в сиянии свечей, и неожиданно для себя заявила:
— Я не понимаю, почему меня посадили почти во главе стола. После того, что случилось утром, мое место должно быть где-то на задней террасе.
Воцарилась гробовая тишина. Все были шокированы. Эта девица смеет напоминать о ссоре с графом. Но гости удивились еще больше, когда граф тихо рассмеялся, глядя ей в глаза. Через минуту со всех сторон раздались сдавленные смешки.
— Зная вашу склонность попадать в неприятные ситуации, я решил, что будет безопаснее, если вы будете у меня на глазах, а еще лучше — если на расстоянии вытянутой руки.
Он сказал это безразличным тоном, и нужно было очень постараться, чтобы расслышать в его словах намек. Все же Лилиан почувствовала странную дрожь, как будто теплый мед медленно переливался по ее телу.
Она поднесла к губам бокал ледяного шампанского и украдкой осмотрела обеденный зал. В конце стола сидела Дейзи, оживленно болтая и размахивая руками, и чуть было не опрокинула бокал для вина! За соседним столом сидела Аннабел. Она, казалось, не замечала, что многие мужчины не сводят с нее восхищенных глаз. Соседи справа и слева просто сияли от счастья быть рядом с такой очаровательной женщиной. Сидя чуть поодаль, Саймон Хант сверлил их мрачным ревнивым взглядом.
Эви, ее тетке Флоренс и чете Боумен достались места на самом дальнем конце стола. Эви почти не разговаривала с соседями-мужчинами, очевидно, чувствуя себя скованной. Она почти не поднимала глаз от тарелки.
«Бедняжка Эви, — подумала Лилиан. — Нужно что-то придумать, чтобы она смогла побороть свою проклятую стеснительность».
Она подумала о своих неженатых братьях. Может, кто-нибудь из них подойдет? Надо будет устроить их визит в Англию. Любой из них был бы для Эви мужем получше, чем кузен Юстас. Старшим из братьев был Рейфиел, а еще шли близнецы, Рэнсом и Рис. Трудно найти более жизнерадостных и крепких молодых мужчин. С другой стороны, весьма вероятно, любой из них испугает бедняжку Эви до обморока. Они, конечно, добрые малые, но их никак не назовешь утонченными или хотя бы воспитанными.