Девушки испуганно смотрели на Джоффри.
Из клуба в квартале Сохо их выгнали бы даже за мелкое воровство, не то что за бумажник! Обворовывать посетителей – последнее дело. Чего доброго, заинтересуется полиция, а "клубу хозяек" это меньше всего нужно.
– У кого сейчас бумажник?
– У меня, Джофф. В нем больше трехсот бумаг.
Джоффри присвистнул.
– Вот что, Ли, иди в зал и скажи клиенту, что девушкам пришлось отлучиться по делу, а к нему притащи Монику и Синтию. Они все еще сидят в креслах для рандеву. Они девушки приличные. А потом сделай вид, будто нашел бумажник под столом. Постарайся разыграть грандиозный спектакль. Ну, ты знаешь, что делать.
– А этих двух куда? – Гарри кивнул на девиц.
– Вздуй их как следует и вышвырни вон. Только не переусердствуй, понял?
Гарри кивнул.
– После этого двигайте наверх. Мики ждет.
Раздосадованный, он покинул бар и направился туда, где находилась Дениз. Ей было под пятьдесят, и весила она больше центнера. Густо размалеванная, она была буквально увешана украшениями из фальшивых бриллиантов. Более тридцати лет занималась проституцией. На голове ее красовалась копна высоко взбитых ярко-рыжих волос. Вечернее платье с люрексом, натянутое на ее телеса, казалось вот-вот лопнет. Огромные отвислые груди вываливались из декольте. От женщины пахло джином и пармскими фиалками.
– Я хотел бы переговорить с тобой, Дениз. Гарри и Ли только что накрыли тех двух курочек, они "делали куклу".
– Послушай, сынок, у меня, как ты понимаешь, глаз на заднице нет. Тут больше тридцати потаскушек, разве уследишь за всеми?
– Ну так вот, Дениз, мой тебе совет: обзаведись глазами там, где ты сказала! И на затылке тоже! Эта шлюха Ширелл только что обчистила клиента. Так что либо управляйся с ними, либо ищи себе другую работу! Это мое последнее предупреждение!
И, не дождавшись ответа, Джоффри, разъяренный, удалился.
Пожав плечами, Дениз про себя обматерила его.
Одна из девушек, сидевших в креслах для рандеву, слышала этот разговор и крикнула Дениз:
– Что там у тебя случилось? Нашалила девочка?
Остальные девицы прыснули со смеху.
Дениз слегка скривила губы, стараясь не показывать сломанный зуб:
– Ох, шла бы ты жарить свое дерьмо!
Девица скорчила ей рожу и обратилась к подругам:
– У этой бляди серебряный язычок, а, девушки?
Дениз взяла из пепельницы свою сигарету "Собрейни" и снова сунула в рот, борясь с искушением размазать ее по физиономии девицы. Она бы убила эту паршивку Ширелл!
* * *
Детектив-инспектор Мерфи ехал домой на своем "патни". Он кое-что разнюхал о Море Райан, и теперь ему было о чем поразмыслить. Мора, конечно, чиста, как свисток, не имеет ни единого предупреждения, но у нее есть уязвимое место. И Мерфи его обнаружил. Завтра утром один полицейский-констебль будет в шоке. Мерфи про себя улыбнулся, хотя к молодому Пезерику относился по-дружески. Он стал потихоньку насвистывать знакомый мотив. Мерфи преподаст Море Райан такой урок, которого она никогда не забудет. Больше всего на свете он ненавидел языкастых бабенок!