4. Попросить мальчика имитировать симптом на сессии, для того чтобы активно ввести проблему в терапию, причем под контролем терапевта.
5. Выявить обстоятельства, предшествующие симптому и наступающие по завершении симптома, чтобы определить, кто из членов семьи больше всего включен во взаимодействие с мальчиком на данной основе.
6. Определить, как мать пытается решать проблему сына и какой теории она придерживается относительно причины сыновних страхов. Не рекомендовалось спорить с нею или опровергать ее взгляды.
Лопес: Отчасти вы меня уже ввели в курс дела по телефону, но не могли бы вы рассказать более подробно, что происходит?
Мать: Да, хорошо. Дело в том, что иногда Рауль подолгу не может заснуть, несмотря на поздний час, и он говорит, что ему слышатся голоса, которые зовут его, или он слышит, как кто-то кричит…
Лопес: И давно это происходит?
Мать: Примерно полтора месяца, может, чуть больше.
Лопес: А перед тем как этому начаться, он никогда…
Мать: Никогда, он никогда не жаловался и ни о чем таком никогда мне не говорил.
Мария: Мама, это началось, когда мы переехали в новый дом и ты поместила его в отдельную комнату.
Мать: Да, потому что, знаете, раньше у нас был не такой уж удобный дом, и они втроем ютились в одной комнате. Поэтому, когда мы переехали, первое, что я сделала, это отвела ему комнату, поскольку он мальчик и у него должна быть отдельная комната, правда? Да, действительно, тогда это и началось.
Лопес: А Клара? Она тоже спит одна?
Мать: Нет, девочки спят вместе.
Лопес: В одной комнате. И вы тоже там?
Мать: Я сплю с ним. (Показывает на малыша.)
Супервизор позвонила терапевту по телефону и попросила ее расспросить о страхах и снах других членов семьи. Эта просьба преследовала две цели. Во-первых, она вела непосредственно к переопределению проблемы, то есть к толкованию симптома как более обыденного явления: страхи и сны принадлежат к категории детских фантазий, по сравнению с мнимым восприятием голосов, которое может свидетельствовать о психическом расстройстве. Во-вторых, ответы матери и девочек могли дать ключ к тому, кто из членов семьи вовлечен в представленную проблему. Если мать испытывала аналогичные страхи, то резонно было предположить, что симптом сына являлся метафорой материнских проблем и выполнял, таким образом, протекционно-защитительную функцию по отношению к матери.
Лопес: И вы не боитесь?
Мать: Ну уж, кто-кто, только не я! (С коротким смешком.)
Лопес: И вы хорошо спите всю ночь?
Мать: Угу.
Лопес: И вы не видите снов или чего-нибудь в этом роде?