Утром Кэрли тщательно оделась, расчесала волосы, закрепила их черепаховым гребнем так, чтобы они соблазнительно падали на одно плечо, потянула вниз блузку, чтобы больше обнажить грудь, направилась к домику Миранды и постучала в дверь.
Послышались шаги, дверь распахнулась, и темноволосая девушка вышла на крыльцо. В первый миг ее глаза изумленно вспыхнули, потом неприязненно сузились.
— Дона Рамона здесь нет, — отрезала она.
Кэрли улыбнулась:
— Buenos dias, Миранда. Чудесный день, правда?
— Уходи. Я сказала тебе — дона Рамона здесь нет.
— Я пришла не для того, чтобы увидеть Рамона. — Кэрли нарочно опустила «дона». — Я к тебе.
— Зачем?
— Думаю, ты можешь оказать мне услугу… в обмен на мою.
Миранда смерила Кэрли холодным взглядом, откинула со лба густые черные волосы и жестом предложила войти. Маленький домик состоял всего из двух комнат; земляной пол был подметен так чисто, что казался отполированным. На окнах висели чистые занавески. Кэрли ощутила сладкий запах духов Миранды.
— С чего это ты решила, что можешь оказать мне услугу? — спросила молодая женщина.
Кэрли старалась не думать о том, что Миранда очень хорошенькая и изящная, и о том, что Рамон спал в ее постели. Напротив, она постаралась убедить Миранду, что испанец предпочитает ее.
— Возможно, это и не так, но полагаю, тебя обрадует, если я покину лагерь. Тогда мы могли бы договориться.
Миранда оглядела грудь Кэрли, оценивая ее размер и форму.
— Рамон хочет, чтобы ты оставалась здесь. Зачем мне нарушать его волю? — Она не предложила Кэрли сесть.
— Именно потому, что Рамой решил оставить меня здесь. Наверное, он просто хочет меня.
— Он не хочет тебя, puta[39]. Зачем ты ему? У него есть я.
— Так почему же он целовал меня?
Глаза Миранды потемнели от гнева, но она не удивилась, ибо знала об этом. Женщины, сидевшие в двуколке, видимо, догадались, что между ними произошло, а может, даже решили, что Рамон из-за этого покинул лагерь.
— Как всякий мужчина, — сказала Миранда, — Рамон стремится овладеть любой женщиной, готовой ублажить его.
Кэрли пожала плечами, сделав вид, будто собирается уходить.
— Ну, если ты согласна делить его…
— Твое возвращение к дяде грозит Рамону опасностью. Ты выдашь его властям.
Кэрли в упор посмотрела на Миранду:
— Я не сделаю этого, если мы заключим договор. Дай слово, что поможешь мне бежать, а я поклянусь, что не выдам Рамона.
— Разве я могу верить gringa?
— Но ведь и мне трудно верить женщине Района, способной послать меня по ложному пути или заманить в ловушку! Однако чтобы добиться своего, нам придется положиться друг на друга.