Филип вытащил из кармана золотые часы-»луковицу», которые достались ему – среди немногих прочих вещей – от отца и потому были особенно дороги, и взглянул на циферблат. Шесть часов утра. А его корабль «Экскалибур» отчаливает в восемь. Багаж уже на корабле, так что время еще есть.
В этот ранний час торговые лавки были еще закрыты, но на пристани уже вовсю кипела жизнь. Несколько кораблей готовились к отплытию. В лицо Филипу пахнуло знакомым терпким ароматом моря. Ночной туман постепенно рассеивался, и бледные солнечные лучи уже коснулись украшенных капельками росы крыш домов и корабельных мачт. Наступал новый день.
Филип любил море. Ему нравились его свежий запах, рокот прибоя, плеск волн, однако постоянная жизнь в море, необходимость плыть, хочется тебе или нет, уже порядком поднадоели. И вот теперь опять приходится отправляться в путь, хотя добьется он на этот раз успеха или нет, трудно сказать, все так зыбко и неясно. И в то же время Филип чувствовал, что цель близка. Лишь бы только хватило времени, чтобы распутать весь клубок, а вот его-то как раз и не хватает, поскольку Филип точно знал, что привлек к себе внимание братьев Барт, а они, как он успел выяснить, обладают огромным влиянием. Раз они знают, что он сел им на хвост, то попытаются с ним расправиться. Филип не сомневался, что они пойдут на все, лишь бы только остановить его.
Подул свежий ветерок, принеся с собой запах моря, гнилых фруктов и рыбы, и Филин позволил себе последнее воспоминание о Марианне.
«Любимая, – мысленно обратился он к ней, – я вернусь к тебе, обещаю. Верь мне».
И, грустно улыбнувшись, Филип свернул на узкую улочку, ведущую к пристани.
Путь его лежал мимо небольшой подворотни, расположенной между двумя магазинчиками. Внезапно из ее темной утробы выскочили двое громил и набросились на Филипа.
Он лишь успел увидеть их искаженные злобой лица и в ту же секунду получил сильнейший удар дубинкой по голове. Уже теряя сознание от боли, Филип почувствовал, как его, заломив руки за спину, втащили в подворотню.
Один из нападавших, самый мощный, злобно оскалившись, поднял руку. Сверкнула игла. Увидев ее, Филип дернулся, попытался крикнуть – ведь должен же хоть кто-нибудь услышать и прийти на помощь! – но в этот момент игла вонзилась в его руку, и мысли его поглотили острая боль и навалившаяся вслед темнота...
Когда Филип пришел в себя, он увидел, что находится на палубе какого-то корабля, но не «Экскалибура». Словно в тумане замаячили над ним лица похитителей.
Один из мужчин рывком поставил Филипа на ноги, другой тщательно обыскал, вытряхивая все из карманов. Голова болела так, что Филипу показалось, будто она сейчас расколется.