– Да, сэр, – ответил работник, переводя взгляд широко открытых глаз со своего нового хозяина на поверженного надсмотрщика. Затем подогнали повозку, и Брэнтли, еще не пришедшего в сознание, погрузили на нее.
Разноголосый шум набрал высоту, а затем резко стих, когда Стюарт развернулся и зашагал назад к лестнице, где находилась его жена.
Джесси инстинктивно придвинулась ближе к Селии. Не испытывая ни любви, ни привязанности к своей мачехе, она понимала, что они – одна семья. Несмотря на годы неприязни между ними, Джесси не могла равнодушно смотреть, как Селию публично унижают на глазах всех. Любой скандал, имеющий отношение к Селии, неизбежно коснется и «Мимозы».
Наблюдая за приближением мужа, Селия стояла белая и недвижимая, словно мраморное изваяние. Джесси знала, что Селия напугана. Она видела это по расширившимся ноздрям, по сдерживаемому дыханию.
А кто не был бы напуган, принимая во внимание подобные обстоятельства? Джесси знала, что, если бы ей пришлось столкнуться с яростью Стюарта Эдвардса, она окаменела бы от ужаса.
Но Стюарт удивил их всех. Он не накричал на Селию, не ударил ее, не отказался от только что произнесенных обетов.
– Что в тебе такого, что заставляет мужчин сходить с ума от любви к тебе, хотел бы я знать? – непринужденно проговорил он, присоединяясь к Селии на крыльце. – Пожалуй, мне придется быть осмотрительнее, иначе меня ожидает та же участь!
Затем он улыбнулся ей, словно не имел ни малейшего сомнения в том, что заявления Брэнтли не более чем пьяный бред, и подал знак Прогрессу подать экипаж.
Джесси почувствовала, как напряжение толпы спало, и все придвинулись ближе, громко обсуждая то, что произошло, словно это была своего рода дань красоте Селии.
Селия со своей стороны оказалась на высоте положения. Джесси наблюдала, как мачеха со Стюартом принимают поздравления и парируют неизбежные подшучивания, и изумлялась. Селия была на волосок от скандала по поводу ее добродетели, который навсегда запятнал бы ее имя. А ее новый муж, мужчина, которого более всех должна волновать ее добродетель, спас ее от падения в пропасть, похоже, даже не сознавая, насколько близко к краю она была.
Джесси на миг даже показалось, что, возможно, Стюарт действительно верит в то, что заявления Брэнтли не более чем пустое бахвальство влюбленного пьяного глупца.
До тех пор, пока он не подсадил Селию в экипаж и не повернулся, чтобы встретиться глазами с Джесси.
В этих холодных голубых глубинах она прочла правду: он знал, что Джесси не солгала, назвав свою мачеху шлюхой.