— Успевай, пока не замужем, — сказал Юрий Петрович.
— Ты что-то не очень успеваешь, пока холост.
— Я — другое дело. Мне сначала надо жениться, потом только смогу собраться с мыслями.
— Понятно, — сказала Инна. — Сейчас много забот, и все блондинистые.
— Нет, — возразил Юрий Петрович. — Есть и брюнетистые. Но не это главное. Цвет кожи для меня не имеет значения. Пусть будет чёрная как уголь или рыжая как медь, лишь бы была в ней изюминка. Вот у тебя, — Юрий Петрович стал оглядывать её ниже талии, — у тебя есть изюминка.
— Говорить на эту тему с тобой невозможно, — сказала Инна с досадой. — Совершенно невозможно. И чем дальше, тем ты хуже. Скользкий, как уж. До того скользкий, что зло берет. Так взяла бы и утопила тебя и всех твоих друзей.
— Интересно, — улыбнулся Добровольский. — Кто-то из моих друзей тебе насолил. Кого хорошо знаешь? Ага, — смекнул Юрий Петрович. — Наверно, Осинцев. Чем он тебе насолил?
Инна спохватилась, да поздно. Юрий Петрович заметил, как она вздрогнула и широко открыла глаза, когда он назвал Осинцева. «Вот уж воистину язык мой — враг мой!» — подумала она и попыталась вывернуться:
— Я вовсе не его имею в виду, а тех, кто таскается внебрачно как ты или по пять раз женится.
— Как твои дела с Осинцевым?
— Какие дела? — Инна с изумлением уставилась на Добровольского. — У меня нет с ним никаких дел.
— Смотри, прозеваешь парня, — сказал Юрий Петрович. — Такие на дороге не валяются.
— Я не нахожу в нём ничего особенного. Отними звезду героя, и он — никто. Пустое место.
— Что-то нашла, коли стремилась к нему.
— Когда стремилась? — удивлённо спросила Инна. — Что с тобой, Юрий Петрович?
— А кто просил меня познакомить с ним?
— Ах, вот что, — вспомнила Инна. — Тогда он казался необычным: мужественный и добрый. Я хотела узнать, что скрывается за этой вывеской доброты. Просто из любопытства.
— Так, так, из любопытства, — навострив уши, скороговоркой повторил Добровольский. Скрывая на губах ироническую усмешку, спросил: — И что же?
— Ничего. Парень, как все, — сказала она. — Я же сказала: отними у него высокое звание, которое досталось случайно, и он затеряется в толпе. Ординарный человек из толпы мне не интересен.
— А мне казалось, наоборот, — ответил Юрий Петрович. — На первый взгляд он ничем не отличается от других студентов, а узнаешь получше, копнёшь глубже — чудо-богатырь. Везде, где нужен бронированный кулак, такие, как он, находка. А бронированный кулак нужен везде, где есть прогресс. Особенно это касается науки. На переднем крае науки важны не только идеи руководителя, важен неустанный кропотливый труд, терпение подручных. Тут Осинцеву не скоро найдёшь равных.