Сердце у нее упало, когда она развернула письмо Гарри. Но, читая его, все больше удивлялась. Гарри пытался объяснить ей свое поведение, извиниться. Он считал, что Кэтрин несчастна в Штатах, и предлагал, если она хочет вернуться, не только оплатить обратную дорогу, но и самому прилететь к ней. Браки, мол, могут расторгаться так же, как и помолвки, а его чувства к ней неизменны.
Кэтрин раздраженно хмыкнула, и ее неудовольствие привлекло внимание Зейда.
– Какие-то неприятности? – Он встал и подошел к ней.
– Это от Гарри. Почитай.
Озабоченность исчезла с лица Зейда, оно стало строгим и отчужденным.
– Это письмо тебе. Он же не нам обоим написал.
– В нем нет ничего секретного. Я хочу, чтобы ты прочитал его и выбросил в камин.
Зейд с явной неохотой взял письмо.
Неужели ее бывший жених думает, что она идиотка, которая готова все переиграть? Гарри просто очень хочет досадить ей. И Зейд был прав, когда на днях сказал, что кузен наверняка все еще злится.
А потом она вскрыла одно из писем отца.
– О, он хотел бы навестить нас! – воскликнула Кэтрин взволнованно и взглянула на Зейда, глаза которого блеснули холодным голубоватым блеском.
– Кто?
Голос его был тихий, и она удивленно подняла брови.
– Отец, конечно. Кто же еще?
– А как насчет этого? – Он протянул ей письмо от Гарри, и Кэтрин кивнула в сторону камина.
– Сожги.
– А может, ты захочешь ответить? – произнес Зейд напряженным голосом.
– Я – что? – Кэтрин удивлено взглянула на него и снова вернулась к отцовскому письму. – Если хочешь отвечать, пожалуйста, в конце концов он твой родственник.
Она намеренно больше не смотрела в сторону Зейда, но через минуту краем глаза заметила, как письмо полетело в огонь. И, сама не зная, почему, подумала, что между ней и Зейдом протянулась еще одна ниточка.
То, что Зейд молчал по дороге в город, ее не пугало. Придет день, и все встанет на свои места, а пока можно и подождать.
На обратном пути, сидя в машине, Кэтрин почувствовала, что от утренней работы у нее разболелась спина.
– В чем дело? – спросил Зейд, когда она, выйдя из ванной и попытавшись расправить ноющие плечи, ойкнула.
– Мышцы болят с непривычки. Но, пожалуйста, ничего никому не говори, я хочу сама довести дело до конца.
– А я тебя и не останавливаю. Ну-ка подойди сюда. Посмотрим.
Он повернул ее спиной к себе, положил руки на плечи. От мощного давления сильных пальцев, разминающих мышцы, Кэтрин застонала.
– Постарайся расслабиться, Кэт, – приказал Зейд, и она подчинилась его приказу.
Когда он повернул ее к себе, она сразу утонула в его ясных голубых глазах.