– Как это – попудриться? – сильно удивился Игорь. – Ведь ты же у нас, вроде бы, баба Дуся, косметикой не увлекаешься?
– Да я так сказала, для красного словца, – заулыбылысь Бабуся. – У нас в деревне одна чудачка была, Зинаида, из шибко культурных. Так вот она даже если в туалет сильно захочет, никогда прямо не скажет, а говорит: « Пойду руки сполосну, а то запылились», а если хочет табачку нюхнуть, то у нее это значит: « Надо бы носик попудрить». Вот я и сказала тоже, от большой неловкости. А они, мужчины эти, сразу между собой зашушукались, про какого-то посредника говорить начали. Один даже сказал: «Молодец, Аркаша, ловко он решил такую старую для передачи приспособить, сроду никто не догадается». Гляжу, а он с кем-то перемигнулся, пошептался, и переспрашивает: « Тебе, старая, Аркаша, что ли, нужен? Поехали!»
– И вы поехали? – поразилась Ирина.
– А чего мне терять? И потом – я ведь к ним не напрашивалась, они сами позвали. Так что, как ни крути, а мое дело выходит маленькое.
– А почему же вы меня с собой не взяли? – удивился Игорь.
– Во-первых, не хотела внимание привлекать. Они же тебя и не звали. А потом – ты носом клевал, спал прямо на стуле сидючи. – пояснила Бабуся. – Я же говорю – спать ты любишь лишнего.
– Ну, и что дальше? – нетерпеливо переспросил Малышев.
– А то и ну – баранки гну, что дальше ничего хорошего. Посадили в машину, привезли за город на дачу какую-то ихнюю, выходит на порог тот, у которого голова редькой – хотя он и не сильно на твою картинку похож, но я его все равно узнала. Посмотрел на меня, и давай на кошатников своих орать, вроде того, что они чего-то напутали.
– Ну?
– Ну и все – потом дверью хлопнул, эти поехали куда-то, а я пошла остановку искать, хорошо, что тут недалеко, – вздохнула Бабуся.
– Черт, как бы не убежал. Возможно, наш хитрый ервей что-нибудь заподозрил. – сделал вывод Малышев. – Хотя, с другой стороны, хорошо, что это была бабка. Она на утку не похожа.
– На кого это я похожа? – приложила ладонь рупором к уху Бабуся. – Нет, на кого-кого, а утку я точно не похожа – отродясь плавать не умела.
– Может, повезет, – кивнул Игорь. – Попытка – не пытка.
Почему-то в машине все на время замолчали – каждый задумался о чем-то своем.
Ирина, например, незаметно для себя начала мечтать о том, вот бы и они с Игорем возвращались бы сейчас вдвоем с родительской дачи, где как раз поспели ее любимые розовые помидоры и выросли на редкость красивые георгины.
Почему-то мама не очень любит эти цветы, предпочитая им розы, за которыми готова ухаживать неустанно, а Ирине они нравятся – этакие роскошные неженки, чуть что – и могут повесть голову, но уж зато если цветут…