— Здорово ты Волчебрюху наподдал! Слушай, Бешеный, давай попросим Наставника Дрону, чтобы он и его учил вместе с нами!
— Наставник не будет учить этого дикаря! — выкрикнул один из пятерых зачинщиков, беловолосый и гибкий малыш, но Боец с Бешеным не обратили на крикуна никакого внимания.
— Что, папа, пир уже закончился? Нам пора уезжать? — спросил тем временем Карна у белого как известь отца.
— Нет. Просто раджа-победитель велел мне передать тебе этот браслет и свою благодарность в придачу. Он оставляет меня здесь, в Хастинапуре, и делает своим главным конюшим. Завтра поедем за мамой…
— Ух ты! — восхитился Карна, не зная, чему больше радоваться: подаренному браслету или тому, что его отец теперь — главный конюший раджи.
— Раджа-победитель — мой папа, — важно заявил Боец. — Я ему скажу, и он велит Наставнику Дроне, чтоб тебя учили вместе со мной.
Карна не знал, кто такой Наставник Дрона, но по тону почувствовал: Боец явно хочет сделать для нового друга что-то хорошее.
— Спасибо, царевич, — обернулся Карна к маленькому защитнику и склонился перед ним.
— Поднимись. И зови меня другом, — ответил тот. Потом подумал и гордо добавил:
— Или Бойцом.
* * *
Никто не видел, как за этой сценой украдкой наблюдала молодая женщина в темной накидке, притаившись в тени ближнего павильона. Сердце ее отчаянно колотилось, взор застилали слезы, но, несмотря на это, царица Кунти со смешным прозвищем Ладошка, дочь знаменитого царя Шуры и мать троих из пятерки драчливых братьев, видела все ясней ясного.
И не могла не узнать мальчика со странными серьгами вместо мочек ушей и татуированным телом.
Ребенка, казалось бы, безвозвратно утерянного ею одиннадцать лет назад.
В это время родного племянника царицы Кунти, плута и весельчака, уже прозвали в народе Черным Баламутом.