— Потому что я видел его за день до смерти Рю, — ответил ей Дрюля.
Плетнев и Мила переглянулись.
— Как видел? — спросила Мила. — Где?
— Да в офисе. Рю его зачем-то притащил. Ну, то есть, он его и раньше притаскивал, но лишь затем, чтобы мне показать. У нас тогда с ним спор вышел по поводу старинного оружия. Ну, он ведь парень был суровый и честный. И, чтобы не быть голословным, притащил эту железяку.
— Рассказывай дальше! — потребовал Плетнев.
— А чего рассказывать? — Дрюля пожал плечами. — Больше, пожалуй, нечего. Просто сегодня утром я видел этот кинжал у Рю в руках. Он его достал из портфеля, развернул тряпочку — он в тряпочку был завернут, — повертел в руках и снова в портфель запихал.
— А ты откуда знаешь? — поинтересовалась Мила.
Дрюля слегка покраснел.
— Да уж знаю, — сказал он смущенно. — Видел. Подошел к его столу, хотел окликнуть, но не успел. Вижу, он штуковину эту разглядывает. Ну, а потом… не хотелось его смущать. Да и нарываться на неприятности не хотелось. Слишком уж он был суров в последние дни, после смерти Икэды.
— Вот, значит, как, — задумчиво проговорил Плетнев. — Мне нужно кое-кому позвонить.
Он достал из кармана мобильник и быстро набрал нужный номер.
— Алло, Петь… Да, я. Слушай, у меня к тебе просьба. Недавно на рельсах нашли мертвого японца — некоего Рю Такахаси из компании «Ти Джей Элекроникс»… Подожди, не перебивай. Узнай, пожалуйста, если это возможно, не было ли у него в портфеле кинжала… Нет, ты не ослышался, именно кинжал… Да, конечно, буду на связи… Жду!
Плетнев отключил связь и убрал телефон в карман.
— Ну вот, — сказал он. — Теперь остается только ждать.
Дрюля отпил граппы, поморщился и сказал:
— Жалко парня. Он мне больше всех нравился. Честный был.
Плетнев и Мила ничего на это не сказали.
— Нет, правда, — снова заговорил Дрюля. — Будь он русским, мы бы подружились. Ну, то есть, мы и так были друзья… почти.
— Почему почти? — спросила Мила.
— Ну… — Дрюля замялся. — Все-таки они, японцы, другие. Другая культура, и все такое. Никогда не знаешь, какие мысли у японца в голове.
— Как у шпиона, — произнесла с мрачной иронией Мила.
— Точно, — кивнул Дрюля. — Думаю, с нами, русскими, им было легче, чем нам с ними. Мы-то ребята откровенные, камень за пазухой не носим.
— Сразу бьем этим камнем по голове, — заметил Плетнев.
— Вот-вот, — поддакнул Дрюля. — А японец может целый вечер с тобой пить и болтать по-дружески, а потом выяснится, что в этот вечер он был на тебя смертельно обижен. Но даже виду не подал.
Они снова помолчали.
— Что будем делать дальше? — спросил Дрюля. — Мне не терпится найти подонка, который сбросил Рю с моста.