– Нам с этим не справиться, госпожа. Нет у нас такой возможности. Видно, его призывает Аллах. Все во власти Всевышнего! – Горестно покачав головой, Фаиза вышла из комнаты.
Сидя на узкой кровати рядом с Джастином, Эвелина бережно вытирала влажным полотенцем его широкие нагие плечи и мускулистые руки. Даже в таком беспомощном состоянии маркиз выглядел исключительно мужественным.
В мерцающем свете свечи его кожа казалась мертвенно-бледной. Ее цвет не могли оживить даже его золотисто-каштановые локоны. Баркли стал похож на призрака. Но при этом от него шел жар, словно от тлеющих угольков костра.
Эвелина хотела вытереть его сухие потрескавшиеся губы и поднесла к его лицу намоченное прохладной водой полотенце. И в этот миг почувствовала, как кто-то мягко взял ее за руку. Она ахнула. Сердце радостно встрепенулось у нее в груди.
– Джастин! Слава Богу!
Он нежно дотронулся до руки Эвелины, отчего у нее по спине побежали мурашки.
Она резко отстранилась, как будто ее ударило током, и мгновенно отскочила от кровати.
Джастин пробормотал что-то невразумительное. Эвелина догадалась, что он, наверное, находится сейчас в состоянии полудремы, не различая реальность и сон. Но после того как они провели нескольких дней и ночей без единого проблеска надежды на улучшение, даже это казалось огромной удачей.
Эвелина подошла к постели, наклонилась над Джастином и слегка встряхнула его за плечо.
– Джастин!
Он ничего не отвечал. Тогда она потрогала его лоб. Ей показалось, что его лоб стал горячее, чем был за мгновение до этого.
Девушка села рядом с ним, снова взяла полотенце и вытерла ему лицо.
Вдруг его рука – сильная и уверенная – обвилась вокруг ее талии.
– Что за дурацкие шутки, Джастин Баркли! – Эвелина потрясла его сильнее, но Джастин не очнулся. Он пребывал в забытье, продолжая крепко держать Эвелину за талию.
– Очнись, Джастин.
Он снова пробормотал что-то невнятное.
– Джастин! – воскликнула Эвелина. – Ты пришел в себя? Пожалуйста, очнись!
– Ах, Рейчел! – прошептал он и улыбнулся.
Затем маркиз нахмурился, но его глаза по-прежнему были закрыты.
– Мама! Ты здесь? Разве ты не пошла в гости к королеве?
Он метался по подушке.
– Джордж! Наконец-то ты вернулся! Мы все так скучали по тебе!
Эвелина вновь приложила руку ко лбу Баркли. Слабая лихорадка сменилась нестерпимым, обжигающим жаром. Страх сковал ей сердце.
Слова слетали с его губ – сбивчивые и неразборчивые:
– Не ходи… на охоту… Пожалуйста, останься… со мной! – Джастин, охваченный паникой, закричал в бреду: – Джордж! Джордж!
Эвелина схватила полотенце, намочила его в прохладной воде и положила ему на лоб.