Ричи провел ладонью по ее пояснице:
– Где больно? Здесь?
В дверях коридора стоял Феррис. Руки в боки, без спортивного пиджака, в белой рубашке с тремя расстегнутыми верхними пуговицами, рукава, закатанные до плеч, обнажали бицепсы, на правом бедре – кобура с револьвером. Гляньте на меня, я Феррис Бриттон, помощник маршала!..
Кармен молча смотрела на него. Позер! Ни дать ни взять телезвезда – прическа, фигура, улыбочка…
– Я звонил в дверь. Кармен вскинула брови.
– Вы ведь слышали, да? Вы не можете сказать, что я вошел без стука.
– Что-то я не заметила, чтобы кто-то открыл вам дверь, – сказала Кармен.
Она стояла между окном и диваном, полуобернувшись к нему и сложив руки на груди.
– Спорю, вы даже видели, как я подъехал. Эрни, ты же слышал, как я звонил в дверь, да?
– Да, слышал, – сказал Молина и сел на диван.
– Тогда почему не подошел к двери?
– Я тут больше не хозяин.
– Думаю, ты прав, Эрни, но ведь ты мог бы открыть дверь, а?
– Мы не хотели открывать дверь по той причине, что не желали вас впускать, – вмешалась Кармен. – Вот и все.
– Почему?
– Господи, да какая разница! Шли бы вы отсюда, а? Вместе с вашими бицепсами… И с вашими кудрями.
Феррис, нахмурившись, поднял руку ко лбу.
– При чем тут мои волосы? Я бы хотел знать, что тут происходит? Я уже получил втык из-за вас, леди, после того, как вы нажаловались на меня. Обожаю наживать неприятности. Но почему-то никто не сказал мне, что Уэйн Колсон не под следствием. – Феррис глянул на Молина. – Это я про ее старика. Ты когда-нибудь слыхал о государственных свидетелях, которые были бы не замараны? Я не слыхал.
На кухне зазвонил телефон. Феррис вскинул руку.
– Я возьму трубку. Никому не двигаться. Возможно, это мне.
Телефон зазвонил снова.
– Если не меня, стало быть, ошиблись номером. Спорим?
Звонок повторился опять.
– Сколько ставите на кон, а?
Дождавшись следующего звонка, он направился в кухню.
Кармен пошла было за ним, но Молина сказал:
– Не надо.
– Это мой дом, – заметила она, возвращаясь.
– Да, но он имеет право зайти к вам и даже ответить на звонок.
Они услышали, как телефон снова зазвонил.
Кармен застыла, прислушиваясь, затем посмотрела на Молина. Он оставался невозмутимым. Должно быть, привык к тому, что маршал с ними не церемонился.
– Не принимайте все близко к сердцу, – сказал Молина. – Вы должны сохранять спокойствие, но при этом в отношении него держите ухо востро! Да и вообще вы не обязаны здесь оставаться. Поезжайте в какое-нибудь другое место, куда хотите, только никому не говорите.
Кармен обогнула кофейный столик и села на диван.