Либиг все ещё молчал, его глаза сверкали, веко нервно подёргивалось.
– Теперь рассуждаем далее. Другой робот, не зная, что проделано с водой, спокойно предлагает её человеку, после чего тот умирает.
– Нет! – закричал Либиг. – Нет!
– А почему нет? Каждое из данных действий само по себе невинно. Только вместе они приводят к убийству. Вы отрицаете, что подобная вещь может произойти?
– Убийцей будет тот, кто отдал приказ роботу, – воскликнул роботехник.
– Рассуждая философски, конечно. Но непосредственными убийцами являются оба робота, или, если не убийцами, то орудиями убийства.
– Ни одно живое существо не отдаст таких приказов!
– Тем не менее такой человек нашёлся. Вы, наверно, слышали о попытке отравить главу Департамента Безопасности Солярии?
– Всех правителей Солярии об этом известили, – пробормотал Либиг.
– В таком случае вы знаете, что Груэр был отравлен во время обеда. Всё произошло на глазах у меня и моего коллеги мистера Дэниела Оливо с Авроры. Вы можете как-нибудь иначе объяснить, каким образом попал яд в еду Груэра? Ведь в поместье не было ни одной живой души.
– Я – не детектив и ничего не могу объяснить.
– Но я сообщил вам о своей гипотезе. Я бы хотел знать, правдоподобна ли она? Могли ли два независимых действия, которые с точки зрения робота являются совершенно невинными, привести к преступлению? Вы – опытный роботехник, доктор Либиг. Я вас спрашиваю, – землянин повысил голос, – правдоподобна ли моя теория?
Растерянный, оглушённый Либиг еле пролепетал:
– Да, пожалуй, до известной степени…
– Очень хорошо. Это многое проясняет.
Либиг неотрывно глядел на Бейли. Руки, сжатые в кулаки, опустились на колени и медленно начали разжиматься. Бейли молчал. Либиг заговорил быстро и нервно.
– Правдоподобно. Только теоретически, конечно. В действительности всё обстоит сложнее. Надо очень умело управлять роботами для того, чтобы заставить их нарушить Первый Закон.
– Безусловно, – ответил Бейли, – безусловно. Скажите, кстати, вы – единственный роботехник на всех Солярии?
– Что за глупый вопрос. На Солярии имеется свыше двадцати роботехников.
– Но вы считаетесь лучшим?
– Так оно и есть…
Либиг сказал это просто, без всякой аффектации.
– А Дельмар работал с вами?
– Да.
– Я слышал, что незадолго до смерти он собирался прекратить работу с вами?
– Кто сказал вам такую чушь?
– Наверное, доктор Дельмар, неодобрительно относился к вашему нежеланию вступать в брак?
– Возможно, Рикэн был истинным солярианином. Но эти соображения никак не влияли на наши деловые взаимоотношения.
– Я хотел бы знать, в каком состоянии находился тот робот, который работал в лаборатории Дельмара во время его убийства?