Мрачный сын вошел в комнату.
– Позвони ей, – подумав, сказала мать.
– И что сказать?
– Скажи, что ждешь ее. Что очень любишь. Ай, Артур, ты что – слов не найдешь? Красивых слов у тебя больше, чем у нас с Седой вместе! Звони, звони, тебе говорят, – она сунула ему в руки телефонную трубку.
Катя зашла в квартиру Капитошина, с интересом огляделась. Она ожидала увидеть оригинальный дизайн, современный продуманный интерьер, до блеска вычищенные комнаты, но ошиблась. Это была обычная квартира, в меру заваленная всяким барахлом, в меру неприбранная.
– Проходи, – сказал Андрей, кладя на табуретку пакет с вещами, которые они купили Кате по дороге сюда. – Не обращай внимания на бардак.
Катя разулась, стыдливо спрятала сапоги под табуретку, чтобы не бросались в глаза. Капитошин в комнате рассовывал по разным полкам диски, которыми было завалено все – от широкого дивана до стола с компьютером.
– А где у тебя телевизор? – спросила Катя, лишь бы что-нибудь спросить.
– Телевизора у меня нет. Так, я в душ, а вторая комната в твоем распоряжении.
Во второй комнате обнаружился одинокий диванчик, стоявший почему-то не у стены, а посредине помещения. Катя уселась и уставилась в темное окно, на котором не было шторы. Она не любила окна без штор, но в этой комнате чувствовала себя спокойно, глядя на летящие снаружи снежинки.
„А ведь он тебя в постель потащит“, – заметил Циничный голос, которому было начхать на снежинки.
„Потащит!“ – радостно согласился Щенячий.
„Будем строить неприступную замужнюю женщину?“
„Ага!“ – с не меньшим энтузиазмом отозвался Щенячий.
„Господи, о чем я думаю? С моей семьей происходит непонятно что, я убежала из дома сутки назад, ночью меня чуть не изнасиловали, я сижу в квартире у своего коллеги, в кармане пуховика у меня улика, по которой можно найти убийцу Вотчина… А в голове у меня голый Таможенник!“
Катя изо всех сил постаралась ужаснуться самой себе, но ужаснуться полноценно не получилось. В ванной шумела вода, и она представила, что Капитошин выйдет оттуда в одних трусах, подойдет к ней и грубо повалит на диван без всяких прелюдий, будто в каком-нибудь плохом женском романчике.
„Представляю, как ты расстроишься, если этого не случится“, – съязвил Циничный.
Вода затихла, и вскоре в дверях раздался голос:
– Ванная свободна. Если хочешь, у меня на кухне есть пачка пельменей. Что сначала – ужинать или в душ?
Катя обернулась и с чувством, близким к разочарованию, обнаружила, что Андрей стоит вовсе не в трусах или нагишом. На нем были обычные спортивные штаны и футболка, мокрые русые волосы торчали ежиком. Очки он снял и теперь смотрел на Катю, прищурившись.