— Ну, на то есть уборщица… — протянула я, — а ремонт здесь не так давно делали…
— Это не нам с вами решать! — строго проговорил завхоз. — Раз по графику положено — будем ремонтировать!
С этими словами он неспешно проследовал к шкафу, в котором прятался Антон Степанович, и потянулся к дверной ручке:
— Фурнитуру заменить, петли… внутренняя окраска тоже, наверное, потребуется…
— Стойте! — Я коршуном кинулась к шкафу и заслонила его от завхоза. — Не открывайте, у меня там папки грудой сложены, попадают, потом неделю в порядок приводить придется! Да и вас ненароком зашибить могут, а это — производственный травматизм…
— Это нехорошо! — поморщился Барсуков. — Документация должна в аккуратном виде содержаться!
— Хорошо-хорошо, — отмахнулась я. — А как же мне быть? Куда мне перебазироваться на время ремонта? Мне же работать нужно, с меня служебных обязанностей никто не снимал!
Барсуков снова сверился со своими записями и важно сообщил:
— Вам будет предоставлено во временное пользование помещение двадцать шесть дробь четыре!
— Это еще что такое?
— Кладовка дальше по коридору!
— Да вы что? — возмутилась я. — Там же темно и никаких условий для работы…
— Искусственное освещение там имеется, и розетка для подключения компьютера, а насчет всего прочего — ничего не могу поделать. Это же временно! График есть график, так что к завтрашнему дню будьте готовы к переезду.
Он колыхнул огромным животом и медленно проследовал обратно к двери. Там он на мгновение задержался и произнес голосом доброго дядюшки:
— Если хотите — могу вам во временное помещение радиоточку подключить. Будете слушать свой «Театр у микрофона».
Едва дверь за завхозом закрылась, из шкафа выкатился Антон Степанович и возмущенно запыхтел:
— Вот ведь старый жулик!
— Кто? — недоуменно переспросила я. — Что вы так волнуетесь? Выпейте водички!
— Барсуков! — пропыхтел Карабас, наливая в стакан минералку. — Ну вот, опять напьюсь, а ты ведь меня второй раз выводить не станешь, придется до вечера терпеть…
— Не стану, — подтвердила я. — А почему вы считаете Барсукова жуликом?
— Жулик и есть! — Антон Степанович одним духом выпил минералку и с громким стуком отставил стакан. — Думаешь, почему он сейчас с ремонтом завелся?
— По графику… — неуверенно проговорила я.
— Ага, по графику! — передразнил меня Карабас. — Просто он знает, что, раз у нас в банке убийство произошло и следственная бригада работает — непременно будут и хозяйственную деятельность проверять. Так уж заведено. А у него рыльце в пушку. Ты же знаешь — дачу он строит, так все материалы, доски, краски и прочее наверняка через банк оплачивал… вот теперь срочно хочет ремонт провести, чтобы все это свое строительство под ремонт списать.