— Без женщин жить нельзя на свете, нет…
Антон Степанович, кряхтя, выбрался из шкафа и проворчал:
— Ну сколько можно повторять! Мы же договаривались, что это будет ария Лизы из «Пиковой дамы»…
— Мало ли о чем мы договаривались! Я всего лишь спела то, что очень подходит к настоящему моменту. Что бы вы без меня делали? — и с этими словами я протянула ему металлическое колечко с тремя надетыми на него ключами.
В шесть часов, когда закончились официальные часы работы банка, громко захлопали двери, по коридору простучали шаги расходящихся сотрудников. Я решила для верности выждать еще минут двадцать и оказалась права: в четверть седьмого по коридору мимо моей двери прошел еще кто-то из задержавшихся на работе трудоголиков. Я переждала еще десять минут и только после этого открыла дверь и выглянула в коридор.
Там было тихо и пусто, лампы дежурного освещения горели через одну.
Я не стала заморачиваться на оперные арии и прочие дурацкие условные сигналы и просто позвала Антона Степановича. Он не заставил меня повторять дважды — моментально выскочил из шкафа и устремился в коридор.
— Тс-с! — Я ухватила его за рукав и приложила палец к губам. — Кажется, кто-то идет…
Действительно, из-за поворота коридора доносились неторопливо приближающиеся шаги.
— Наверное, охранник! — прошептала я.
— Что — опять в шкаф? — Лицо Карабаса вытянулось, как будто я отменила обещанный праздник.
— Нет, в шкаф нельзя, мне нужно запереть кабинет и поставить его на сигнализацию. Спрячьтесь пока в дамской комнате… тем более это вам не впервой…
Карабас стремглав ринулся в направлении туалета, а я включила датчик охранной сигнализации и заперла дверь. Из-за поворота коридора появился знакомый охранник Вася — тот самый, который обожает рассказывать анекдоты.
— О, Женя! — обрадовался он, увидев меня. — Что-то ты сегодня заработалась! От работы кони дохнут! Прикинь, один мужик в предпраздничный день выпил на работе и заснул, а его кабинет заперли! И не только заперли, а еще и опечатали! И вот он просыпается — а дверь заперта, и нельзя ее открыть…
— Этот анекдот ты мне уже рассказывал, — проговорила я, убирая ключ в сумочку.
— Да? Ну ладно, тогда другой. Приходит Вовочка из школы, а мать ему говорит…
Я так и не узнала, что сказала Вовочкина мать, потому что на поясе у Васи ожил переговорник и хриплым голосом старшего смены Митрофаныча проговорил:
— Ну, Василий, ты где застрял? Чай стынет!
— Извини, Евгения! — Вася с сожалением развел руками. — Служба зовет!
Я охотно извинила его, проводила взглядом до поворота коридора и только тогда устремилась к туалету, где меня в нетерпении поджидал Карабас.