– Мам, ты не собираешься выкинуть какую-нибудь глупость и заставить нас уйти посредине концерта?
– Перестань скулить. Иди, взорви там еще десяток марсиан.
Меган подняла глаза к потолку и вышла. Через несколько секунд грохот телевизора подтвердил, что она послушалась.
Брэд повернулся к Аллисон:
– Я отдаю свою жизнь в ваши руки, – сказал он. – Если вы меня раскроете, меня могут убить. В лучшем случае меня снимут с дела, и мы окажемся настолько далеко от раскрытия этих убийств, что многие еще могут погибнуть.
– Значит, вы – негласный полицейский? – Хорошо, конечно, что он холост и не сантехник. Но ей трудно было смириться с тем, что он оказался полицейским.
– Я самый обыкновенный детектив. Мы со Стивом Рейни уже много лет напарники. Но потребовалось новое лицо, кто-то незнакомый бездомным. Меня выбрали из-за незапоминающейся физиономии и обилия курчавых волос. – Он печально улыбнулся и потрогал бороду. – Хорошо для маскировки.
А как все это хорошо для передачи! Она была права! Такая передача наверняка поможет ей укрепить свое положение на студии.
– Постойте. Вы хотите сказать, что я не могу сделать передачу? Но я должна. Вы и понятия не имеете, как это для меня важно. Студию продали. Я могу потерять работу.
Улыбка исчезла с его лица.
– Люди могут потерять жизнь. Мне кажется, это куда серьезнее. – Он глубоко вздохнул и мрачно посмотрел на нее. – Если вы потерпите до конца, обещаю, вы получите сенсационный материал. Эксклюзивный.
Черт! Почему он должен ставить какие-то условия? Это ее материал, она так старалась, выследила его. Передача позволила бы ей сохранить работу, а может быть, и получить повышение. Но она не стала спорить. У нее нет права вмешиваться в его работу, подвергать его и других опасности.
– Как долго? – спросила она. – У меня не очень много времени. Как долго это может продолжаться?
– Я не знаю. Пока не найдем убийцу.
– А у вас есть версия?
– Надежных нет, – признался он. – Похоже, никто ничего не знает. Но обещаю, вы будете первым репортером, который узнает все подробности.
– Замечательно. Вы еще далеки от раскрытия этого дела, зато я совсем близка к потере работы.
Он сжал губы и опустил голову.
– Мне очень жаль.
– Ладно, – неохотно согласилась она. Ничего другого ей не оставалось. – Мы заключили сделку. Я получаю эксклюзивное интервью в ответ на обещание хранить вашу тайну. Надо уметь проигрывать красиво.
Она протянула ему руку, он пожал ее, потом неохотно отпустил.
– Спасибо.
По его глазам она поняла, что он не был уверен в победе. Но не мог же он думать, что она выше человеческих жизней поставит свои нужды, как бы велики они ни были, особенно теперь, когда Дуглас снова подал в суд…