Патрик горестно вздохнул.
Кого, черт возьми, хотел он провести?
Его нужда в Джулиане была ничуть не меньше, чем ее, при том, что он этого совсем не заслужил. Разве он подумал о ней? Да, он позаботился о том, чтобы она осталась в живых, но при этом отнял у нее все, включая свободу.
Теперь же, когда в замке побывал один из Кэмпбеллов, опасность и для Джулианы, и для него, и для его клана многократно возросла.
Джейми Кэмпбелл видел девушку, как, возможно, видел и мавров. Его люди видели испанский галеон: ни у англичан, ни у шотландцев нет кораблей, приводимых в действие веслами.
Патрик прижался щекой к волосам Джулианы: чистые и мягкие, они пахли свежестью, отчего боль и одиночество прошлых лет вдруг куда-то исчезли, и его обдала волна нежности. Прежде он не испытывал ничего подобного ни к одной женщине: отвага Джулианы, ее готовность драться за себя и свою маленькую служанку вопреки собственному страху глубоко задели его душу.
Дотронувшись до нее снова, он совершил самую большую глупость в жизни, но это его больше не волновало. Едва коснувшись губ Джулианы, Патрик понял, что отныне только она может утолить его ненасытный голод. Видит Бог, он старался держаться от нее подальше, но вынужден был сдаться.
Патрик сильнее прижал к себе Джулиану. Теперь он чувствовал ее дыхание, слышал стук ее сердца.
Ее тело таяло в его руках, когда она подняла к нему лицо с выражением удивления и вопроса, и ее серо-голубые глаза показались Патрику огромными и ясными, как никогда. Заметив, что лиловая кайма вокруг радужки потемнела, он нагнулся и коснулся губами ее губ.
Едва Патрик наклонил голову, как Джулиана обвила рукой его шею. Ее пальцы играли с его волосами, щекоча чувствительную кожу, и внезапный сокрушительный приступ плотского голода охватил его тело. Легчайшие прикосновения Джулианы обжигали его, терзали подобно пламени, делая боль внутри непереносимой.
Хотя кровь Патрика, казалось, превратилась в потоки жидкого огня, прожигавшие насквозь кости и. мускулы, он, несмотря на разбушевавшееся желание, не торопился и нежно гладил ее спину и шею.
Джулиана была девственницей – Патрик догадался об этом по неуверенности ее реакций. Нарушив ее невинность, он может навсегда испортить ей жизнь; впрочем, он уже это сделал, будь все проклято!
– Патрик. – Голос Джулианы прозвучал как стон. – Не здесь. Кармита. Твои невестки. А еще маленькая Одра, Мануэль…
Поспешно отстранившись, Патрик вздохнул. Глаза Джулианы были затуманены страстью, губы опухли от поцелуев, сейчас она выглядела чертовски очаровательной: пленительное сочетание невинной девушки и обольстительницы…