— Командующий Седьмой опорной базой генерал-барон Мирзой-бек, — отрекомендовался временно исполняющий обязанности. — Садитесь, господин капитан.
И опять на заднем плане проскользнула мысль, что от Мунса пилот не дождался бы обращения «капитан». Знаки различия на форме — лейтенантские, звание капитана присвоено посмертно, и раз покойник оказался живым, значит, и остался лейтенантом.
Предложение сесть пилот проигнорировал. Некоторое время он стоял, глядя в никуда, и молчал.
«Хозяева выясняют, что за должность — командующий базой, и решают, имеет ли смысл вести со мной переговоры. Имеет, уважаемые, имеет. Весь этот сектор галактики — мой, а другие командующие с вами говорить не станут, арестуют парламентера, начнут его допрашивать и очень удивятся, когда он помрет без видимых причин».
Мирзой-бек давно понял, что лейтенант, или, пусть, капитан, Стас не решает ничего, — бывший пилот Третьей базы находится на поводке, изощренном, невиданном, способном не только наказывать, но и управлять. «Душу выну из Мелоу, но заставлю сделать такой же! Обленились, бездельники, мышей не ловят, а противник такими технологиями пользуется, что от зависти слюнки текут…»
— Нам стало известно, — медленно подбирая слова, начал парламентер, — что отловленные нами транспортные средства управляются вашими гражданами, а также, что захваченные вами граждане Новой Земли используются вами в качестве ускорителей для ваших транспортных средств, — бородатый лейтенант опять надолго замолк и едва ли не впал в транс.
«Значит, все-таки негуманоиды… Не торпедники, а торпеды. То, что мы считали вражеским оружием, оказалось самими врагами. Так это меняет дело! В обмен на пленных вы мне отдадите все, что я пожелаю, и еще что-нибудь в придачу».
— Вы предлагаете обмен пленными? — спросил генерал.
— В некотором роде. Мы передадим вам пустые, отработанные транспортные средства, а вы вернете их нам отремонтированными и готовыми к полету, вместе с… существами, обученными пилотированию. Кроме того, мы передадим вам наших граждан для использования их в качестве ускорителей на ваших кораблях. Обмен будет осуществляться в соотношении: один гражданин Новой Земли на восемьдесят ваших граждан.
«Ничего себе предложеньице!» — этого генерал-барон никак не ожидал и с трудом сумел сохранить невозмутимый вид, не показать противной стороне, насколько он удивлен. И самое главное: господа торпеды с Новой Земли просто не предусматривают возможность отказа, а всего лишь сообщают условия, которые непременно будут приняты. Впрочем, попытаемся торговаться…