Заметив, что у его подопечной изменилось выражение лица после сказанного, Цвика потребовал перевести. Натаниэль перевел.
— Да, вы правы. Добавьте, что без вашего участия упомянутые вами шероховатости будут сглажены хорошим прокурором в течение пяти минут. И шансов у нее не останется вовсе.
Натаниэль перевел, на этот раз — на русский. Его уже начала раздражать роль. Головлева нахмурилась Похоже, она что-то взвешивала в уме.
— Хорошо, — наконец, сказала она. — Я согласна. Но только оставьте меня в покое. Хотя бы на сегодня. Завтра я отвечу на ваши вопросы.
— Как вам будет угодно, — сказал Натаниэль. — Я, вообще-то говоря, хотел задать всего лишь три вопроса. Лучше будет, если вы ответите на них сейчас. И я обещаю вам в ближайшее время не докучать ни своим присутствием, ни своими вопросами — без крайней необходимости. А?
Головлева неохотно согласилась. Розовски и Грузенберг снова сели.
— Закажем еще кофе? — предложил Розовски.
— Задавайте вопросы, — сказала Головлева. — Я хочу поскорее добраться домой.
— Хорошо. Вопрос первый, — сказал Натаниэль. — Почему вы разошлись с Шломо Мееровичем?
— Просто разошлись, — ответила Головлева. — Не сошлись характерами.
— А вы не могли бы ответить подробнее?
— Не могла бы.
— Н-да… — Натаниэль заглянул в чашку с остатками кофе. Сделал глоток. Поморщился, когда почти сухой черный порошок оказался на зубах. — Ваша кузина считает, что у вас с бывшим мужем был бурный роман, — сказал он. — Бурный, но краткосрочный. Я так понял, что вы к нему охладели. Это правда?
— Мирьям лучше знает некоторые стороны моего супружества, чем я сама, — Головлева недовольно передернула плечами. — Может быть, она расскажет вам и все остальное?
— Может быть. Так что же, вы к нему охладели — а он? Тоже?
— Не знаю, возможно.
— И вас действительно не интересовала его дальнейшая жизнь? Здесь, в Израиле?
— Нисколько.
— Вопрос второй. Кому вы подарили фотографию, найденную полицией в квартире Мееровича?
— Не помню.
— Но она ведь подписана?
— Просто — «С пожеланиями всего доброго, на память.» И все.
Без имени.
— А если вспомнить по дате?
— Я никогда не ставлю даты на фотографиях. Впрочем, — она заколебалась, — у меня было несколько фотографий. Одну из них я подарила Мирьям. В числе прочих. Больше не помню.
— Понятно… И третий вопрос. Скажите, вы действительно так верите в гороскопы, что готовы слепо следовать астрологическим указаниям?
— Почему бы и нет? Одни доверяют интуиции, другие — информации, третьи — логике. Почему бы мне не доверять гороскопу? Тут, по-моему, нет принципиальной разницы.