– Маргарет! Неужели это Маргарет?
– Да, та самая Маргарет. Видимо, она была скрыта под обликом серьезной ученой. Она не знала себя. Видела себя такой, как ее видели другие. Теперь она видит себя такой, какая есть.
Они заговорили о браке. Уилл задал вопрос:
– А что скажет твой отец? Даст он теперь согласие?
Маргарет промолчала, изумляясь себе, тому, что теперь готова обмануть отца, хотя раньше не могла и подумать об этом.
Но она стала женщиной, мыслящей понятиями любви. Главное – чтобы в доме было согласие; чтобы она, женщина, скрепляла семью, поддерживала мир и любовь среди тех, кого любит больше жизни. Поэтому она готова ловчить.
Маргарет сказала себе: «Не надо говорить отцу. У него и так много забот. Незачем беспокоить его делами Уилла. К тому же, Уилл может понять, что еще не обрел истины. Как знать, может, он вскоре придет к заключению, что в учении Лютера истины нет. Тогда окажется, что мы спорили впустую. Я не могу терять ни Уилла, ни отца, поэтому они должны любить друг друга. Будем думать о любви сегодня и надеяться, что завтра не придется думать о чем-то другом».
И сказала Уиллу:
– Отец редко бывает дома. Не хочется беспокоить его твоими сомнениями и склонностями. Тем более что люди меняют свои взгляды. Может быть, переменит их он; может быть, ты. Пока что будем держать это в секрете. Будем обсуждать эти дела наедине… и только наедине.
Она улыбнулась, думая, сможет ли склонить Уилла к отцовскому образу мыслей или отца к уилловскому.
И с нежностью подумала: «Они оба упрямы. Оба смелы и никогда не примут того, что не считают истиной».
Но она подождет.
Маргарет открыла для себя любовь и решила, что это ее чувство пока ничто не должно тревожить.
Маргарет вышла замуж в июле того же года. Уилл продолжал жить в доме, и больше всех замужеству дочери радовался Томас. Зятя он считал серьезным молодым человеком – не догадываясь о его религиозных взглядах, – который добьется успехов на избранном поприще; будет преданным мужем и любящим отцом, не захочет становиться придворным; будет доволен семейным окружением. Любимая дочь вышла замуж, но не потеряна для него.
Айли тоже вышла замуж и стала жить в роскошных загородных особняках мужа и в его лондонском доме.
Звезда семьи Моров неуклонно поднималась.
Айли часто наведывалась. Живя в Лондоне, она бывала на Барке постоянно. При всей ее тяге к веселью и развлечениям, она поняла, что семейный круг в Баклерсбери значит для нее больше, чем ей казалось.
– У меня появляются нежные чувства к дому, – призналась она сводным сестрам. – Говоря «дом», я имею в виду этот, потому что нигде не чувствую себя так, как здесь.