Не колеблясь, Такер уселся за стол и раскрыл папку. Внутри лежал один-единственный лист, исписанный почерком Гилла. Такер пробежал взглядом сухо изложенные факты: время и место убийства, описание трупа и несколько строк свидетельских показаний ковбоя, который его обнаружил. В колонке «подозреваемые» было лишь одно имя – Уинтроп Маллой.
Закрыв папку, Такер собрался вернуть ее на место, но заметил скрепку, что-то крепившую к задней обложке. Это оказался бумажный пакет, а в нем – желтая шелковая головная повязка в зеленых травяных пятнах.
Поразмыслить над тем, что это может значить, он не успел. Дверь открылась, и появился шериф Гилл.
– Это еще что за новости? – гаркнул он, увидев Такера. – Много себе позволяешь, Гарретсон! Кто тебе позволил рыться в моих бумагах и совать нос в официальное расследование?
– Не кто, а что, – холодно отрезал Такер. – Смерть брата!
Он поднялся и медленно вышел из-за стола. Шериф был уже немолод и успел многое повидать, в том числе людей вне закона. Не раз ему приходилось встречать взгляд, говоривший, что человек готов на все. Именно такой взгляд был в этот момент у Такера Гарретсона, и это очень не понравилось Уэсли Гиллу.
– Я хочу знать, что это за платок.
– Узнаешь в конце расследования.
Шериф подошел, взял грязный кусок желтого шелка из рук Такера и, не сводя с Такера предостерегающего взгляда, сунул в пакет, который вместе с папкой спрятал в ящик, придавив сводом законов.
– Если не уберешься отсюда, Гарретсон, я тебя арестую.
– Попробуй! – сказал Такер, выпячивая подбородок.
Уэсли Гилл поморщился. Этот парень слишком много мнил о себе! Но не время обострять отношения с Гарретсонами. От проблем голова шла кругом. Помимо убийства Бо, было еще ограбление банка, и если во втором случае ни единой ниточки не вело к разгадке, то с первым дело обстояло куда более скверно. Сколько еще можно было скрывать некоторые подробности?
– А я говорю, что узнаю, какого черта этот платок пришит к делу об убийстве Бо! – не унимался Такер. – Пока не узнаю, не уйду!
Шериф молча занял свое место за столом, потер глаза и внезапно почувствовал себя старым и усталым. Он был сыт по горло упрямством как Гарретсонов, так и Маллоев.
– Ты мне всю голову раздолбил своим криком, – хмуро сказал он, в то время как Такер сверлил его яростным взглядом. – Ладно, будь по-твоему. В день смерти Бо я нашел эту повязку на южном пастбище Маллоя, неподалеку от старой сосны, что называется Деревом висельника. Это совсем рядом с местом преступления.
– Уже известно, кому эта тряпка принадлежит?