Филипп и Бланка недоуменно переглянулись.
«Что-то случилось», — поняли они.
— И ты не станешь возражать?
— А почему я должна возражать? Мне этот мезальянс только на руку. Ведь когда Александра казнят, Жоанна станет графиней Бискайи, и для меня было бы гораздо хуже, если бы она вышла, скажем, за виконта де Сан-Себастьян.
— Понятно, — сказала Бланка, впрочем, нисколько не убежденная таким аргументом. — Ах да, Филипп, ты упоминал о долговых расписках. В чем, собственно, дело?
Он вкратце рассказал о том, как в пакете, где предположительно должны были находиться компрометирующие Рикарда Иверо документы, оказались его долговые расписки. После чего добавил:
— По выражению лица Фернандо было ясно, что версия Эрнана верна. Лично я на сей счет не сомневаюсь. Но при виде этих векселей у кузена Уэльвы аж челюсть отвисла. Вероятно, граф Бискайский задумал какую-то хитроумную игру и в самый последний момент подменил пакет.
— Ага. И господин де Шатофьер с господином д’Альбре, как я понимаю, направились в покои Фернандо — проверить, нет ли там графа?
— Думаю, да.
Некоторое время они молча ожидали возвращения Эрнана и Гастона. Бланка протянула Филиппу руку, и он сжал ее в своей руке. Маргарита кусала губы и глубоко дышала носом. Фернандо тупо глядел себе под ноги.
— Кузина, — первой отозвалась Бланка. — Что ты думаешь делать с Рикардом?
— Ничего. Он сам себя достаточно наказал... Бланка, прошу тебя, не будем говорить о Рикарде.
Они снова умолкли и молчали так до прихода Эрнана. Тот явился один, без Гастона.
— А где кузен д’Альбре? — первым делом осведомилась Маргарита.
— Я велел ему от вашего имени поднять на ноги гарнизон и прочесать весь замок и его окрестности. Граф Бискайский не мог далеко уйти.
— Вы его упустили?
— Увы. Мы пришли слишком поздно.
— Но хоть что-нибудь обнаружили?
— О да, моя принцесса. Мы много чего обнаружили... Но обо всем по порядку. — Он бухнулся на диван рядом с Фернандо и похлопал его по плечу. — Боюсь, приятель, ваш сообщник здорово подставил вас.
— Как это понимать? — спросила Бланка.
— Сейчас объясню, сударыня. Но прежде всего — чем закончилась ваша беседа с княжной? Если я не ошибаюсь, ей ровным счетом ничего не известно.
— Ошибаетесь, граф. Она кое-что знает.
— Что именно?
Бланка бросила на брата испепеляющий взгляд.
— Оказывается, Фернандо, вместе с иезуитами, готовит покушение на жизнь Альфонсо. Они разработали план его отравления.
— Черти полосатые? — выругался Филипп.
— Господи Иисусе! — бледнея от ужаса, произнес Симон.
Маргарита пробормотала что-то насчет Пречистой Девы Памплонской, наградив ее весьма нелестными эпитетами.