– Сожалею, что мои писания не соответствуют твоим высоким запросам, – парировала Джози с достоинством.
– Ты не только написала напыщенное письмо, но и попыталась избавиться от меня, – продолжал Мейн без малейших признаков угрызения совести.
– Вовсе нет, я никогда не хотела избавиться от тебя!
– Ты хотела, чтобы меня бросили на корабль, и я оказался вместе с француженкой, которую едва знаю.
– Это была Сильви! Если припоминаешь, ты собирался жениться на ней.
– О Боже! Да, это была Сильви, но как ты могла подумать, что я хочу провести несколько дней на одном корабле с ней?
– Потому что... Потому что...
Больше не слушая ее, Мейн усадил Джози себе на колени и заглянул ей в глаза:
– Ты никогда не избавишься от меня, Джозефина, можешь даже не пытаться.
– Никогда? – переспросила она шепотом.
– Никогда, клянусь.
Неожиданно Джози всхлипнула.
– Я люблю тебя, – печально сказала она. – Я так сильно тебя люблю.
– Откуда тебе известно, что я ее любил?
– Ты сам постоянно твердил мне об этом; и потом, ты целовал ее письмо.
– Боже, какой бред! И если ты меня любишь, как ты могла позволить мне уехать?
– Я должна была уступить тебя ей: ведь ты этого хотел, разве нет?
Мейн заключил ее лицо в ладони.
– Я никогда не позволю тебе покинуть меня, Джозефина, жена моя, даже если ты увлечешься самим Хеллгейтом.
Джози засмеялась.
– Но, Гаррет, я ведь влюблена в Хеллгейта, и ты это отлично знаешь. – Она запустила пальцы в его волосы. Его губы прикоснулись ее груди, и Джози чуть не зарыдала от восторга. Потом он снова стал целовать ее губы, в промежутках объясняя:
– С тобой я совсем другой, и мне никогда не бывает скучно. А самое главное, с тобой я вовсе не Хеллгейт, не тот развращенный негодяй, совершивший так много непотребных глупостей. Прежде я и не знал, что такое любовь, и поэтому думал, что люблю Сильви. Разумеется, я был ослом, когда воображал это.
– Я так и думала, что, возможно, ты любишь меня, а не ее. – Джози шумно вздохнула.
– Да, и теперь ты моя графиня, единственная женщина, которую я люблю и буду любить всю оставшуюся жизнь.
Пора сказать вам, любезный читатель, «Прощайте!» В заключение могу только пожелать от всего сердца, чтобы вы, пустившись в плавание по волнам небесного блаженства, в конце концов, как и я, достигли его вершины. Прощайте! Прощайте!
Из мемуаров графа Хеллгейта
Вечер по случаю празднования дебюта книги, которая, по словам многих, стала вехой столетия, продолжался уже в течение двух часов, когда принц-регент вышел на середину зала, держа в руках экземпляр в алой сафьяновой обложке, отделанной жемчужинами, и от души поздравил автора. После этого сэр Чарлз Дарлингтон поблагодарил принца-регента в самых искренних выражениях и затем вернулся к своей супруге леди Гризелде.