-- Ну-ка посмотри, кто к нам пришел, -- сказала Жюли. -- Сам господин граф. Сядь-ка повыше и покажи, что ты еще жив.
Мужчина улыбнулся. Он был бледным, с ввалившимися глазами, и я увидел, что от шеи до пояса его обматывают бинты.
-- Как вы себя чувствуете? -- спросил я. -- Что случилось?
Жюли, бранившая мальчика за то, что он не встал, когда мы вошли, обернулась к нам.
-- Что случилось? -- повторила она. -- Он чуть не прожег себе бок, вот что. И это называется современное оборудование, современные печи! Да кому они такие нужны?! Садитесь, господин Жан. -- Она скинула кошку с единственного кресла, обмахнула его передником. -- Ты что, язык проглотил? -- спросила она мужчину, но тот слишком плохо себя чувствовал, чтобы говорить. -- Господин граф вернулся из Парижа -- повеселился там на славу -и сразу пришел к тебе, а ты даже улыбнуться ему не можешь. Смотри, еще обидится и уедет обратно... Подождите, я сварю кофе.
Она наклонилась над очагом и помешала огонь согнутой кочергой.
-- Сколько вам придется пролежать в постели? -- спросил я мужчину.
-- Они мне не говорят, господин граф, -- ответил он, нерешительно поглядывая на Жюли, -- но, боюсь, пройдет немало времени, пока я приду в форму и смогу опять работать.
-- Все в порядке, -- сказала Жюли, -- господин Жан все прекрасно понимает. Незачем тревожиться. Он последит, чтобы тебе выплатили что положено и компенсацию за увечье тоже. Да и никто не останется без работы, да, господин Жан? Мы снова можем свободно вздохнуть. Эти акулы в Париже не настолько глупы, чтобы ответить нам отказом. Ну-ка, ну-ка, пейте кофе, господин Жан. Я знаю, вы любите много сахара. Всегда любили.
Она достала из шкафчика пакет с рафинадом, и, заметив это, мальчик подошел к ней и, назвав grand-m\`ere [Бабушка (фр.).], стал клянчить один кусочек.
-- Убирайся! -- закричала она. -- Как ты себя ведешь?! Ах, с тех пор как ушла твоя мама, с тобой нет никакого сладу. -- И мне -- громким шепотом, которого мальчик не мог не слышать: -- Беда в том, уж очень он, бедняжка, по ней скучает. И Андре болен, приходится мне баловать его. Ну что же вы, пейте кофе. Подбавит румянца вашему бледному городскому лицу.
Румянец-то нужен был лежавшему в постели Андре, а не мне, и кофе тоже, но Жюли ничего не предложила ему; глядя по сторонам, я заметил, что со стен валится штукатурка, а на потолке -- большое сырое пятно, которое станет еще больше после первого же дождя. Зоркие карие глаза Жюли сразу углядели, куда я смотрю.
-- Что я могу сделать? -- сказала она. -- Постараюсь найти минутку и подправить это место. Я уж и не припомню, когда в наших домах был ремонт, но что толку приходить к вам с жалобами. Мы знаем, что у вас самого нет денег, как и у всех нас, а забот хватает. Возможно, через год, два... Как поживают все в замке? Как чувствует себя госпожа графиня?