— Джерадин… — сейчас, когда он хотел встретиться с ней взглядом, она избегала смотреть ему в глаза. Она никогда не умела отказывать и просто приноравливалась к обстоятельствам. Но она не принадлежала этому миру. Все это не имело смысла.
И как можно мягче, она сказала:
— Пожалуйста, поймите — я не воплотитель. Ничто из происходящего скорее всего не имеет со мной ничего общего. Вы не заставляли меня придти с вами сюда. Вы просто попросили меня последовать за вами, и я пошла, сама не знаю почему, — призналась она. — Наверное просто хотела убедиться, что моя жизнь может быть не только такой, какой она была. Я не хотела простосидеть там. Но сейчас я знаю, что совершила ошибку. Вы не нуждаетесь во мне. Вы нуждаетесь в Воине. И я думаю, для меня будет лучше, если я просто вернусь туда, откуда пришла.
— Это ваше право. — Несмотря на отчаяние, в его голосе звучали нотки достоинства и даже требовательности, которые она уже слышала раньше. Важность того, что он говорил, отразилась в его глазах. — Вы очень нужны здесь. Мирная жизнь в Морданте будет одним из первых в череде того добра, которое будет уничтожено… и самым малым из них. В скором времени Гильдии не станет, от Орисона не останется и камня на камне, а то, что останется от королевства, превратится в кровавую бойню и арену заговоров и предательств.
Где-то, в его голосе или его словах, она услышала отзвук рогов, нашедших во сне отклик в ее сердце и изменивших все.
— Вы дали нам надежду, — продолжал он. — Вы говорите, что вы не воплотитель. Может быть, это и так. А может быть, вы еще сами не знаете себя. Может быть, вы просто не знаете, что обладаете силой, превосходящей силу любого воина.
Я не могу объяснить это, но я верю, что вы находитесь здесь потому, что должны быть здесь.
И, — наконец он стал говорить обыденно, его взгляд затуманился, — вы придали смысл моей жизни. До тех пор, пока я верю в вас, все это имеет значимость.
Его настойчивость должна была убедить ее, но, наоборот, отпугнула. Это было совершенно необъяснимо. Она здесь необходима? Она обладает силой? Она придала смысл его жизни? Нет. Легче было поверить в то, что она действительно исчезла, растворившись среди снов. Или в то, что она никогда не существовала — что воплощение создало ее…
Тем не менее, то, чего он хотел и предлагал, тронуло ее. Его убежденность, подтвержденная звуком рогов, тронула ее.
— Не опережаем ли мы события? — спросила она, неуклюже меняя тему. — Мы не знаем еще, сработает ли все это. Следует сначала выяснить эту подробность, а потом уже беспокоиться обо всем остальном.